Печать
?1, 2010

ТРАНСФОРМАЦИЯ КАНАДСКИХ ВООРУЖЕННЫХ СИЛ

Д.А. Володин, кандидат исторических наук,
старший научный сотрудник Института
США и Канады РАН
e-mail: dmvldn@gmail.com

Аннотация. Статья посвящена трансформации канадских вооруженных сил как сложному и противоречивому процессу. Автор детально анализирует три элемента канадской военной трансформации: изменение военной доктрины; реорганизацию структуры вооруженных сил; новые закупки военной техники. Уделяется также внимание связи трансформации с канадской военной операцией в Афганистане.

Ключевые слова: военная политика Канады; война в трех кварталах; противоповстанческие операции; Афганистан.

Transformation of the Canadian Armed Forces
Dmitry A. Volodin
Ph.D. (History). Senior Research Fellow,
The Institute of USA and Canada Studies
of Russian Academy of Sciences
e-mail: dmvldn@gmail.com

Annotation. The article is dedicated to the transformation of Canadian armed forces as a complex and ambivalent process. The author analyses in detail three elements of the Canadian military transformation: the change in military doctrine; the organizational reorganization and new military acquisitions. A lot of attention is paid to the connection of the transformation with the Canadian military operation in Afghanistan.

Key words: Canadian defence policy; three-block war; counter-insurgency; Afghanistan.

К настоящему времени у канадских военных экспертов существуют разные трактовки как самого термина «трансформация», так и процесса трансформации применительно к вооруженным силам. Прежде всего отмечается, что термин трансформация является лишь последним звеном в списке тесно связанных между собой военных терминов, которые появились в последние несколько десятков лет для описания изменений в вооруженных силах западных стран. Начало процесса относят к 1980-м гг., когда появился термин «военно-техническая революция». С середины 1990?х гг. начинают активно использовать уже другое понятие – «революция в военном деле». Наконец, в 2000-е гг., после прихода к руководству Пентагона Дональда Рамсфельда, в научном обороте и среди военных экспертов закрепляется термин «трансформация». Эксперты признают, что он достаточно условен. И «военно-техническая революция», и «революция в военном деле», и «трансформация» в широком смысле обозначают использование результатов технического прогресса в военных целях.

В тоже время, термин «трансформация» несет и определенную смысловую нагрузку. Как отмечает Элинор Слоан из Карлтонского университета, «появление нового термина отражало желание военных и экспертов более точно передать суть происходящих изменений. Дело в том, что термин «революция» означал конечный по своей природе процесс. В отличие от революции, трансформация исходит из идеи постоянных изменений и является, таким образом, процессом бесконечным»[1].

В свою очередь, Даниэль Госселин из Канадского военного колледжа рассматривает трансформацию лишь как один из трех самостоятельных процессов, которые должны изменить облик канадских вооруженных сил. К ним он относит: собственно трансформацию, инициированную начальником канадского Генерального штаба Риком Хиллиером в начале 2005 г.; решение правительств либералов и консерваторов увеличить численность канадских вооруженных сил и решение правительства направить канадские войска в зону боевых действий в провинции Кандагар в Афганистане[2].

Другой спорный вопрос – начало трансформации применительно к канадским вооруженным силам. Дело в том, что почти сразу после терактов 11 сентября 2001 г. в документах канадского министерства обороны и Генерального штаба обращается внимание на необходимость радикального изменения канадской армии с учетом новой международной обстановки.

В первом докладе канадского Генштаба Парламенту после 11 сентября 2001 отмечалось, что «в течение последних двенадцати месяцев Канада стала свидетелем бесчеловечной жестокости терроризма и потенциальных опасностей, которые новые ассиметричные угрозы представляют гражданскому обществу и канадцам»[3]. Как отмечалось в этой связи, «очевидно, Канада достигла критической точки в своей истории и пришло время трансформировать структуру вооруженных сил эпохи после холодной войны в структуру, отвечающую требованиям нынешних и будущих задач вооруженных сил»[4]. Следующий доклад Генерального штаба и вовсе целиком был посвящен началу трансформации канадских вооруженных сил – эта тема была вынесена в заголовок документа[5].

Одновременно канадское военное руководство обозначило характер предстоящих изменений. В докладе канадского Генштаба отмечалось, что трансформация вооруженных сил должна проходить на трех уровнях: трансформация образа мысли; трансформация структуры управления и системы принятии решений; трансформация структуры вооруженных сил (переход к меньшим по численности, более мобильным соединениям)[6].

В свою очередь в докладе министерства обороны отмечалось, что «в военном смысле трансформация означает радикальный пересмотр военной организации Канады с целью внесения значительных изменений в вооруженные силы страны для обеспечения их эффективности и боеспособности с учетом изменившихся обстоятельств»[7].

Однако появление термина «трансформация» в документах канадского министерства обороны и Генерального штаба после событий 11 сентября 2001 г. само по себе не означало автоматического начала реформирования канадских вооруженных сил.

Прежде всего, было неясно, кто будет проводить это реформирование. Кроме того, отсутствовала программа преобразований, и, наконец, самое важное – не было денег. Благоприятный момент настал только к началу 2005 г. 4 февраля 2005 г. начальником канадского Генерального штаба был назначен Рик Хиллиер, который и стал главным архитектором будущих изменений в канадских вооруженных силах. Он смог предоставить своему руководству, и в первую очередь премьер-министру Полу Мартину и министру обороны Уильяму Грэму, убедительную концепцию новой роли канадских вооруженных сил на мировой арене. В результате, в бюджете на 2005 фин. г., опубликованном в конце февраля 2005 г., в течение следующих пяти лет на военные нужды дополнительно выделялось 12,8 млрд. долл.[8] Таким образом, трансформация впервые наполнялась конкретным денежным содержанием. Деньги должны были пойти на увеличение численности канадской армии на 5 тыс. чел., резервистов – на 3 тыс., на закупку вертолетов, грузовиков, специальных самолетов для эксплуатации в условиях Крайнего Севера, оборудования для контртеррористического подразделения JTF-2 и обновления инфраструктуры.

В апреле 2005 г. правительство опубликовало Белую книгу по внешней политике, посвятив специальный раздел вопросам обороны. Именно в этом документе впервые были прописаны характер и масштабы преобразований в канадской армии.

Трансформация представляла собой три взаимосвязанных процесса: пересмотр военной доктрины; изменение системы командования и организационной структуры канадских вооруженных сил; закупку новых систем вооружений и военной техники, а также модернизацию старой под выполнение новых боевых задач.

Прежде всего, был пересмотрен характер угроз, с которыми сталкивается Канада в новую эпоху. Как подчеркивалось в документе, на смену одной угрозе, которая раньше исходила от Советского Союза, пришли новые, более сложные угрозы. К ним были отнесены «несостоявшиеся государства» («failed and failing states»), терроризм и распространение оружия массового уничтожения (ОМУ).

Особое внимание было уделено несостоявшимся государствам. К таким государствам военное руководство Канады отнесло страны, «правительства которых не способны осуществлять политическую власть, обеспечивать безопасность и удовлетворять минимально необходимые нужды населения»[9]. Прямо в тексте было названо только четыре таких государства: Сомали, Афганистан, Гаити и Судан.

В связи с тем, что объектом основных усилий канадских вооруженных сил за рубежом становились несостоявшиеся страны, серьезно изменилось отношение к миротворчеству. О миротворческом опыте, полученном Канадой в последние годы, в Белой книге говорилось: «за небольшим исключением почти все крупные международные операции, в которых участвовали канадские вооруженные силы, имели мало общего с традиционным миротворчеством, подразумевающим легко вооруженных наблюдателей, следящих за прекращением огня. Миссии стали более сложными и опасными, в то время как войска часто развертываются в несостоявшихся государствах, таких как Гаити и Афганистан, в которых нет мира, который можно поддерживать»[10].

С учетом сложности новых миссий, канадские вооруженные силы должны были взять на вооружение комплексный подход – сочетание миротворческих, гуманитарных и военных действий во время одной операции. Для описания нового характера канадских военных операций за рубежом было предложено специальное понятие – «война в трех кварталах»[11] («three-block war»). Под ней понималось, «участие в боевых действиях с повстанцами в одной части города, осуществление стабилизационных и гуманитарных операций в другой части и восстановление разрушенного в третьем квартале того же города»[12]. Авторы документа указывали на прямую связь между новым типом военных операций и ситуацией в Афганистане. По их словам, «афганский опыт показал, что военная сила, дипломатия и развитие неразрывно связаны и дополняют друг друга»[13]. Подчеркивалось, что все будущие операции по урегулированию сложных конфликтных и постконфликтных ситуаций в несостоявшихся государствах должны проводиться совместно министерством обороны, министерством иностранных дел и Канадским агентством по международному развитию в рамках так называемого 3-D подхода (defence, diplomacy and development).

Таким образом, пересмотр военной доктрины заключался не просто в использовании двух новых терминов – «несостоявшиеся государства» и «война в трех кварталах» – а в том, что между ними была проведена четкая логическая связь. Как отмечалось в Белой книге, «канадские вооруженные силы продолжат участвовать в самых разнообразных операциях за рубежом, уделяя особое внимание восстановлению порядка в несостоявшихся государствах. Способность канадских вооруженных сил вести “войну в трех кварталах” будет иметь решающее значение для успеха усилий Канады по решению проблем этих государств»[14].

Важное место в трансформации вооруженных сил отводилось организационной перестройке. Основная задача, которая ставилась перед войсками в рамках этого процесса – обеспечение полностью интегрированного и единого подхода к проведению операций. Для этого необходимо было выполнить два условия. Во-первых, изменить систему управления вооруженными силами. Данное предложение было продиктовано стремлением военного руководства создать специальное командование, которое отвечало бы только за оборону территории Канады. Во-вторых, создать в вооруженных силах «полностью интегрированные части, готовые на своевременный, точный и эффективный ответ на угрозы Канаде как внутри страны, так и за рубежом. Морские, сухопутные, военно-воздушные части и силы специального назначения будут действовать вместе как единое целое на всех уровнях, чтобы достичь большего результата, чем по отдельности»[15].

Кроме того, отмечалось, что структура вооруженных сил должна быть динамичной и подстраиваться под требования обстановки. Сами вооруженные силы должны улучшить координацию с другими министерствами и ведомствами и улучшить интер­операбильность с союзными войсками, прежде всего американскими. Чрезвычайно большое значение уделялось модернизации систем управления, связи и разведки. Как подчеркивалось в документе, «своевременное получение и обмен информацией будут критически важны для успеха будущих операций»[16].

Были обозначены параметры технического перевооружения для каждого из родов войск. Так военно-морские войска должны были закупить суда, способные обеспечивать поддержку силам специального назначения и проводить прибрежные операции в составе оперативного соединения постоянной боевой готовности или временного оперативного соединения; приобрести суда, способные высадить на берег оперативное соединение постоянной боевой готовности; обеспечить поддержку сухопутных операций, взять на себя функции по координации операции с моря; разместить на борту боевые беспилотные летательные аппараты; обеспечивать проведение военно-морских операций по всему миру; ввести в строй подводные лодки класса «Виктория», благодаря чему канадские вооруженные силы «получат возможность проводить широкий спектр операций как в канадских водах, так и в открытом море»[17]. Флот, кроме того, должен был модернизировать вооружение и заменить электронные системы управления на фрегатах класса «Галифакс», с тем чтобы те сохранили способность участвовать в коалиционных операциях. Предполагалось также закупить вооружение для надводных кораблей, которое позволило бы им прикрывать войска, действующие на берегу. Кроме того, была поставлена задача начать разработку нового класса надводных кораблей, которые в будущем заменят нынешние эсминцы и фрегаты.

Значительные закупки новой военной техники были предусмотрены и для военно-воздушных сил. На смену давно уже выработавшим свой ресурс вертолетам «Си Кинг» должны были придти новые вертолеты морского патрулирования. Планировалось закупить новые военно-транспортные вертолеты, беспилотные летательные аппараты и обновить парк самолетов, используемых для проведения поисковых и спасательных операций. Кроме того, ряд образцов военной техники подлежал серьезной модернизации. Так, истребители-бомбардировщики CF-18 предполагалось вооружить ракетами и бомбами с лазерным наведением. Предусмотрена была также модернизация самолетов морского патрулирования «Аврора» и превращение двух самолетов «Эйрбас» в самолеты-заправщики.

Серьезно должен был измениться и облик сухопутных сил. Помимо увеличения численности – на 5 тыс. регулярных сил и на 3 тыс. резерва – большое внимание было уделено усилению интероперабильности сухопутных сил с силами специального назначения и закупке современных систем наблюдения и разведки. Центральным элементом, однако, стала замена основной боевой платформы сухопутных сил танка «Леопард» на легкую колесную бронетехнику (так называемые «Страйкеры»).

Победа на парламентских выборах в Канаде в январе 2006 г. Консервативной партии приводит к увеличению масштабов преобразований в канадских вооруженных силах. В первом докладе министерства обороны после победы консерваторов форсируется курс на трансформацию. Так, численность вооруженных сил должна была вырасти на 13 тыс. чел., а не на 5 тыс., как планировали либералы еще год назад, и достигнуть 75 тыс. чел., а численность резерва – на 10 тыс. (до 30 тыс.), а не на 3 тыс. чел.[18]

В отличие от Белой книги по внешней политике 2005 г. более детально была прописана организационная перестройка канадских вооруженных сил. Основное внимание было уделено созданному 1 июля 2005 г. канадскому Командованию, которое было названо «краеугольным камнем трансформации». Подчиняясь непосредственно Генеральному штабу, Командование обладает исключительными полномочиями в проведении как обычных, так и специальных операций на территории Канады, за исключением тех, которые по закону должны осуществляться под руководством министерства обороны. Командование отвечает также за все операции, которые канадские вооруженные силы проводят совместно с американскими войсками в Северной Америке, как напрямую, так и через военно-воздушный компонент, который будет возглавлять глава канадской части НОРАД (North American Aerospace Defense – NORAD). В структуру Командования входят 6 региональных подкомандований (Северное, Тихоокеанское, Степное, Центральное, Восточное и Атлантическое), которые, как сказано, «отражают региональные особенности страны».

1 февраля 2006 г. к канадскому командованию были добавлены еще три командования: Командование Экспедиционных Сил (КЭС); Командование Сил Специального Назначения (КССН); Вспомогательное Командование (ВК).

Специализация КЭС – миротворчество. В рамках одного командования объединены морские, сухопутные и военно-воздушные силы, предназначенные для проведения гуманитарных, миротворческих и боевых операций за рубежом.

Командование сил специального назначения, наоборот, имеет ярко выраженную антитеррористическую направленность. Оно должно включать специальное контртеррористическое подразделение (JTF-2); особую роту из специалистов в области ядерной, химической и биологической защиты и эскадрилью вертолетов для обеспечения воздушной поддержки операций. Зона ответственности командования не ограничена никакими географическими рамками.

Задача Вспомогательного командования – поддержка операций трех других командований. Командованию будут приданы как регулярные части, так и полномочия в случае необходимости собирать необходимые военные ресурсы. Командование будет отвечать за обеспечение вооруженных сил связью, логистикой, медицинским обслуживанием, инженерной помощью.

Завершает новую командую структуру Объединенный Стратегический Штаб, завязанный непосредственно на начальника Генерального штаба и призванный обеспечить последнего, как главного военного советника правительства, всей необходимой информацией. Как поясняли авторы документа, «путем создания Стратегического Объединенного Штаба и четырех оперативных командований министерство обороны и вооруженные силы провели четкую грань между стратегическим и оперативным уровнями командования вооруженными силами»[19].

Создаваемая Канадой система военных командований имеет определенное сходство с американским Планом объединенных командований. Как и в американском случае, командования строятся либо по географическому принципу (Канадское командование), либо по функциональному (КЭС, КССН, ВК). Однако статус командований крайне неоднороден. Львиная доля всех вооруженных сил входит в состав только одного Канадского командования.

Большое внимание было уделено и изменению облика самих вооруженных сил. Особый акцент был сделан на создании более легких, более мобильных сил, способных вести операции в течение длительного времени. В рамках этой программы было объявлено о формировании полка сил специального назначения и батальонов быстрого реагирования.

Организационно полк спецназа будет входить в КССН. Как отмечается, это будет подразделение высокой боевой готовности, способное проводить самый широкий набор операций как внутри страны, так и за рубежом. Полностью он должен быть сформирован к 2010 г.

Создание батальонов быстрого реагирования предусмотрено как часть общего увеличения численности канадских вооруженных сил. Предполагается создать четыре таких батальона. Эти части будут расположены на стратегических объектах в Комоксе, Трентоне, Баготвилле и Гус-Бее с целью обеспечения присутствия вооруженных сил и их возможного использования в случае природных катастроф или террористических актов. Эти силы могут использоваться либо там, где они расположены, либо быстро переброшены для поддержки канадских вооруженных сил в других регионах страны.

Для скорейшего разрешения кризисов на территории страны дополнительно предусматривалось создание подразделений сухопутных сил в Виндзоре, Калгари, Реджине, Виннипеге, Ниагаре-Виндзоре, Торонто, Оттаве, Монреале, Квебеке, Сент-Джоне и Галифаксе.

Программа закупок военной техники выглядела весьма внушительно: суда материально-технического обеспечения; стратегические и оперативно-тактические военно-транспортные самолеты; транспортно-десантные вертолеты; военные грузовики.

Конкретные детали в отношении выбора производителей военной техники, количества единиц закупаемых вооружений и общая стоимость программы были обнародованы правительством Стивена Харпера в июне 2007 г.

Из общей стоимости в примерно 17 млрд. долл. почти половину всех средств (8,3 млрд. долл.) запланировано израсходовать на новую военно-транспортную авиацию. Будут приобретены четыре стратегических военно-транспортных самолета С-17A «Глоубмастер» производства Боинг и 17 оперативно-тактических военно-транспортных самолетов С-130J «Геркулес» (новая версия транспортных самолетов С-130 производства Локхид Мартин). Причем стоимость самих самолетов составит лишь 5 млрд. долл., а оставшиеся 3,3 млрд. долл. будут потрачены на их техническое обслуживание в течение 20 лет.

Шестнадцать транспортно-десантных вертолетов CH-47F «Чинук» обойдутся канадскому бюджету еще в 4,7 млрд. долл. (2 млрд. долл. стоимость машин и 2,7 млрд. долл. сервисное обслуживание в течение 20 лет). Как отмечалось в ежегодном докладе министерства обороны Парламенту, «закупка этих вертолетов обеспечит безопасное и эффективное перемещение войск и снаряжения во враждебной среде как на территории страны, так и за рубежом для поддержки действий сухопутных сил и сил специального назначения»[20].

Министерство обороны закупит для вооруженных сил и 2 300 новых грузовиков. Помимо перевозки солдат, военной техники и различных грузов они будут также использоваться как полевые кухни, лазареты и мастерские. Стоимость этой программы оценивается в 1,2 млрд. долл.

Наконец, флот планировал потратить 2,9 млрд. долл. на закупку трех новых судов материально-технического обеспечения (2,1 млрд. долл. – стоимость судов и 800 млн. – сервисное обслуживание).

Использование термина «трансформация» в документах канадского министерства обороны и Генерального штаба резко сокращается c 2008 г. Дело в том, что в июне 2008 г. правительство консерваторов опубликовало новую оборонную стратегию Канады[21]. С этого момента все изменения в канадских вооруженных силах за последние несколько лет правительство консерваторов старается привязать не к трансформации, которая была начата, когда у власти еще находилась партия либералов, а к реализации предвыборных обещаний консерваторов по возрождению канадской армии. Как поясняется в этом документе, «оборонная стратегия “Канада на первом месте” представляет собой подробную дорожную карту модернизации канадских вооруженных сил, проводимой за счет выделенных новым правительством после прихода к власти в 2006 г. средств на вооруженные силы»[22]. Свою роль сыграл, возможно, уход в конце 2006 г. с поста министра обороны США Дональда Рамсфельда, с чьим именем связывают попытки трансформации американских вооруженных сил в начале 2000-х гг.

Новый документ, по сути, представлял программу развития вооруженных сил Канады в течение двадцати следующих лет (с 2008 по 2027 фин. гг.). Консерваторы продолжили свой курс по наращиванию военных расходов. Согласно Стратегии, в течение двадцати лет расходы на оборону должны вырасти с 18 млрд. долл. в 2008 фин. г. до более чем 30 млрд. долл. в 2027 фин. г., а их доля по отношению к ВВП должна подняться с 1,5% до 2%.

Таблица 1.

Структура военных расходов в 2008-2027 фин. гг.

Статьи расходов

Сумма (млрд. долл.)

%
от общей суммы

Детали

Содержание
личного состава

250

51%

70 тыс. регулярных войск и 30 тыс.
резерва к 2028 г., включая 25 тыс. гражданских служащих

Вооружения
и военная техника

 

Прошлые закупки

15

3%

Военно-транспортные самолеты
С-17A «Глоубмастер»;
военно-транспортные самолеты
С-130J «Геркулес»;
ледокольные суда;
транспортно-десантные вертолеты CH-47F «Чинук»;
грузовики

Новые закупки

20

4 %

Поисковая и спасательная авиация;
эсминцы и фрегаты;
самолеты морского патрулирования;
истребители;
наземные боевые машины и системы

Другое

25

5 %

Легкое стрелковое вооружение, средства связи и т.д.

Инфраструктура

40

8 %

Дополнительные расходы
на обновление и поддержание
инфраструктуры в размере около 100 млн. долл. в год

Боеготовность

140

29 %

Дополнительно около 140 млн. долл. в год на закупку
запасных частей, техобслуживание и обучение войск

Всего за 20 лет

490

100 %

Источник: Canada First Defence Strategy. Department of National Defence. 19.06.2008. Ottawa, p. 12.

Однако главный вопрос, который волнует военных аналитиков, – это рост военных расходов в реальном выражении. Дело в том, что правительство запланировало номинальный ежегодный рост военных расходов в 2,7 %, а уровень инфляции в 2,1 %. Однако некоторые эксперты считают уровень инфляции в 2,1 % излишне оптимистичным. Как замечает Брайан Макдональд из Конференции военных ассоциаций, в течение последних двадцати лет средний ежегодный уровень инфляции составил 2,6 % и при таком сценарии реальный ежегодный рост военный расходов составит не 0,6 %, как планирует правительство, а всего лишь 0,1 %[23].

Основной упор оборонная стратегия консерваторов сделала на закупке новых систем вооружений в дополнение к тем, о которых уже было объявлено раннее. Всего на закупку военной техники в течение следующих двадцати лет планируется потратить 45-50 млрд. долларов.

Таблица 2.

Закупка военной техники

Виды военной техники

Кол-во единиц

Срок службы

Принят на вооружение

Окончание срока службы

Танки Леопард 2

100

20

2007

2027

Стратегическая военно-транспортная авиация

4

20

2008

2028

Вертолеты морского
патрулирования

28

20

2010

2030

Грузовики

2300

20

2011

2031

Оперативно-тактическая
военно-транспортная
авиация

17

20

2011

2031

Вертолеты

16

20

2011

2031

Суда материально-технического обеспечения

3

25

2012

2037

Ледокольные суда

6

25

2014

2039

Поисковая и спасательная авиация

17

20

2015

2035

Эсминцы и фрегаты

15

25

2015

2040

Истребители

65

20

2017

2037

Самолеты морского
патрулирования

10-12

20

2020

2040

Источник: Canada First Defence Strategy. Department of National Defence. 19.06.2008. Ottawa, p. 17; MacDonald B. The Canada First Defence Strategy of 2008 and the 20 Year Defence Budget. 28.07.2008, p. 4.

В тоже время планы по увеличению численности канадских вооруженных сил были пересмотрены в сторону уменьшения – с 75 тыс. до 70 тыс. человек – не считая 30 тыс. чел. в резерве.

В целом, новая оборонная стратегия консерваторов предусматривает создание сравнительно небольших, но хорошо вооруженных сил, способных к быстрой переброски на отдаленные ТВД и к ведению там боевых действий в течение длительного времени.

Все большее значение на реформирование канадских вооруженных сил начинает в последнее время оказывать участие Канады в военной операции в Афганистане. Именно из-за высоких финансовых затрат на операцию правительство вынуждено было отказаться от увеличения численности вооруженных сил до 75 тыс. чел. Из-за высокой нагрузки, которая выпала на сухопутные силы, оказалась сорвана и программа по созданию полка сил специального назначения. Теперь предполагается, что он окончательно будет сформирован не ранее следующего десятилетия.

Самый заметный пример в этом ряду – пересмотр решения с заменой танков «Леопард» на легкую колесную бронетехнику. Идею с заменой «Леопардов» на «Страйкеры» Хиллиер активно лоббировал еще на посту командующего сухопутными силами. На специально созданной пресс конференции 29 октября 2003 г. тогдашний министр обороны Дж. Маккалум объявил в присутствии Хиллиера о закупке 66 «Страйкеров» на сумму около 600 млн. долл. Как заявил на пресс-конференции Маккалум, у военного руководства «существует четкий план по модернизации сухопутных сил. Этот план жизненно важен как для будущего сухопутных сил, так и для боеспособности всей канадской армии»[24].

На бумаге данный шаг был полностью оправдан. «Страйкеры» не уступают «Леопардам» в огневой мощи (и те и другие оснащены 105-миллиметровым орудием), но имеют два важных преимущества: способны развивать более высокую скорость (100 км/ч против 65 км/ч) и обладают гораздо меньшей массой (18 т против 42 т), что упрощает их транспортировку для участия в международных операциях. Таким образом, новые колесные бронемашины как нельзя лучше вписывались в планы создания более гибких, более мобильных вооруженных сил.

Однако в условиях афганской войны достоинства «Страйкеров» обернулись их недостатками. Меньшая масса и, как следствие, более слабая бронезащита, привели к многочисленным повреждениям от подрывов и нападений повстанцев. Кроме того, в отличие от гусеничных танков, колесная бронетехника в условиях сложного рельефа местности в Афганистане показала слабую маневренность.

В результате в июле 2006 г. командующий канадскими сухопутными силами генерал-лейтенант Э. Лесли предложил заместителю начальника Генерального штаба генерал-лейтенанту У. Натынчику сохранить на вооружении устаревшие танки «Леопард», а не закупать колесную бронетехнику. К тому моменту, однако, рекомендации Лесли немного запоздали. За прошедшие три года (2003–2006 гг.) численность танков сократилась со 144 до 66 и, в конечном счете, должна была составить лишь 44 единицы. Лесли предлагал продлить срок службы оставшихся «Леопардов» до 2015 г.[25]

Решающим фактором, однако, стали потери Канады в Афганистане, которых страна не знала со времен Корейской войны: в 2006 г. Канада потеряла убитыми 36 человек. По мнению критиков, не последнюю роль в таких высоких потерях сыграла недостаточная защита канадской бронетехники.

В результате в апреле 2007 г. министр обороны Канады г. О’Коннор объявил, что Канада закупит у Нидерландов 100 новых танков «Леопард-2» и возьмет в аренду у Германии еще 20 танков, частично уже выработавших ресурс. Общая стоимость закупки и аренды танков, обучения их экипажей и технического обслуживания в течение пяти лет должна была составить 650 млн. долл. Согласно плану, сначала (летом 2007 г.) в Афганистан на помощь 17-ти старым канадским «Леопардам» направлялись 20 танков, арендованных у Германии. Затем, после модернизации, в Афганистан предполагалось направить 40 танков «Леопард-2», закупленных у Нидерландов. Оставшиеся 60 новых танков планировалось использовать в Канаде для обучения войск[26]. Однако по состоянию на март 2009 г. большая часть (80 из 100) танков, закупленных у Нидерландов, еще не прошла модернизацию и оставалась на складах в Европе и Монреале, что вызывало сильное раздражение канадского военного руководства[27].

Фактор Афганистана сыграл роль и в решении закупить беспилотные летательные аппараты (БПЛА). Канада использует беспилотники в Афганистане с 2003 г. Сначала это были арендованные у Франции аппараты «Спервер» («Sperwer»), а в 2009 г. они были заменены на израильские БПЛА «Херон» («Heron»). В 2009 г. канадское военное руководство обсуждало возможность оснащения израильских аппаратов ракетами, но потом отказалось от этой затеи по экономическим соображениям. Дело в том, что срок аренды израильских аппаратов истекает в январе 2011 г., а уже в 2012 г. Канада планирует закупить собственные БПЛА. Стоимость программы по закупке 18 разведывательно-ударных БПЛА оценивается в 1,5 млрд. долл.[28]

Министерство обороны Канады планирует также закупить реактивные системы залпового огня (РСЗО). В рамках этой программы сухопутные силы должны получить 17 установок РСЗО. В конце декабря 2008 г. министерство госзакупок Канады начало сбор предложений от производителей военной техники для проведения тендера по приобретению РСЗО. Как подчеркивается в канадской заявке, система должна быть «полностью разработана, испытана в боевых условиях и способна вести огонь высокоточными боеприпасами»[29]. Важное значение для Канады имел и тот факт, что подобные системы уже используются в Афганистане ее ближайшими союзниками – США и Великобританией.

В настоящий момент на рынке вооружений есть только два образца, которые полностью отвечают канадским требованиям, – это американская М-270, смонтированная на базе гусеничной БМП М-223 «Брэдли», способная выпускать за один залп 12 ракет на расстояние 35–70 км, и ее более легкий, колесный аналог М-142 с одним транспортно-пусковым контейнером на 6 ракет[30].

Однако одной из самых острых проблем для канадской армии в настоящее время остается организация быстрой доставки вооруженных сил на отдаленные ТВД. Канада намерена решить этот вопрос не только за счет приобретения новой военно-транспортной авиации, но и за счет размещения своих военных складов в стратегически важных регионах мира. Первым примером такого рода стало подписание соответствующего соглашения с Германией в декабре 2008 г. В соответствии с соглашением, канадские вооруженные силы получили право разместить свой склад с оружием на немецкой военной базе Шпангдалем. В настоящее время ведутся аналогичные переговоры с другими членами НАТО, а в перспективе Канада намерена заключить соответствующие соглашения со странами Африки, Ближнего и Дальнего Востока, Центральной и Южной Америки. Как поясняет новый начальник канадского Генштаба У. Натынчик, если Канада собирается проводить операции в горячих точках по всему миру, она «должна установить тесные двусторонние отношения со странами, где можно заблаговременно разместить военное снаряжение»[31].

Последние исследования министерства обороны показали, что основная трудность для канадских вооруженных сил при проведении операций за рубежом заключается не в недостатке солдат, а в обеспечении стабильного снабжения войск в условиях, когда у страны отсутствуют военные базы за рубежом. Дело в том, что после закрытия с окончанием холодной войны канадских военных баз в Европе поставки продовольствия и вооружений для канадских войск, участвующих в миротворческих операциях за рубежом, осуществлялось непосредственно с территории Канады.

Данную проблему предполагается решить с помощью создания Вспомогательного Командования, единственной задачей которого является обеспечение поддержки военных операций Канады за рубежом. Как признается один из представителей канадского военного руководства, одной из первых задач нового Командования стала подготовка списка стран, на территории которых Канада могла бы разместить свои передовые базы снабжения, сходные по своим размерам и зоне ответственности с отделениями международной почтовой службы «Федерал Экспресс»[32].

В последнее время в канадской военной доктрине наметились новые изменения. В официальных документах министерства обороны и Генштаба термин «война в трех кварталах» все больше уступает место «противоповстанческим операциям» («counter-insurgency»). Это особенно стало заметно, когда в декабре 2008 г. был принят Полевой устав по проведению противоповстанческих операций (первый документ на подобную тему за всю историю канадской армии. – Прим. В.Д.), а в апреле 2009 г. Военная доктрина Канады.

Главная мысль Полевого устава заключается в том, что повстанцы являются, прежде всего, политической, а не военной проблемой. Основные усилия в этом плане предлагается направить на то, чтобы «добиться, по крайней мере, нейтрального отношения, а еще лучше, прямой поддержки местным населением… тех сил и ведомств, которые борются с повстанцами»[33]. Документ носит справочный характер. Помимо разъяснения самого феномена повстанцев и причин их поддержки со стороны местного населения, обобщен весь опыт борьбы с повстанцами в прошлом. Кроме того, приведены наиболее эффективные методы борьбы с повстанцами, а также даны советы по ведению разведывательных операций и контрпропаганде. Командующий канадскими сухопутными силами Эндрю Лесли специально подчеркивает, что данный документ имеет универсальный характер и может использоваться в отношении любой, а не только афганской, противоповстанческой операции,.

После ухода Рика Хиллиера с поста начальника Генштаба в июле 2008 г. термин «война в трех кварталах» постепенно изымается из канадского военного научного оборота. Данный термин упоминается всего лишь раз в недавно опубликованной Военной доктрине Канады, причем идея «войны в трех кварталах» совершенно противоречит тексту этого документа. В нем совершенно четко проведена грань между «войной» и «операциями помимо войны» («operations other than war»), к которым отнесены контрнаркотические операции; перехват и досмотр в открытом море подозрительных судов; меры по контролю за вооружениями и нераспространению оружия массового уничтожения; эвакуация мирных граждан из зон конфликтов; оказание гуманитарной помощи; операции по стабилизации. Специально подчеркивается, что «в “операциях помимо войны” военная сила используется главным образом для самообороны»[34]. Это совершенно противоречит концепции «войны в трех кварталах», где использование военной силы играет самостоятельную роль (на практике, главную. – Прим. В.Д.), наравне с миротворчеством и оказанием гуманитарной помощи.

«Войне в трех кварталах» не осталось места и в более узкой классификации, используемой для непосредственного планирования операций. Всего в Доктрине выделено четыре основных типа использования военной силы: военная активность в мирное время (проведение учений и других мероприятий с участием военнослужащих из других стран для улучшения взаимопонимания и интероперабильности с армиями других стран); операции по поддержанию мира; противоповстанческие операции; крупномасштабные боевые действия[35].

По мнению Уолтера Дорна из Канадского королевского военного колледжа и Майкла Варея из Торонтского университета, у концепции «войны в трех кварталах» выявилось слишком много недостатков при попытке реализовать ее на практике, что и привело, в конечном счете, к отказу от нее канадского военного руководства.

Прежде всего, концепция «войны в трех кварталах» носит слишком обобщенный и упрощенный характер. Как замечают У. Дорн и М. Варей, «игнорируя тот факт, что некоторые операции носят ярко выраженный гуманитарный, миротворческий или сугубо боевой характер, концепция не позволяет уточнить задачи операции, что имеет крайне важное значение для понимания операции, как канадскими военнослужащими, так и местным населением»[36].

Кроме того, нечетко прописаны составные части концепции (кварталы) и их приоритетность друг относительно друга. В результате расположение блоков (боевые действия, миротворчество, оказание гуманитарной помощи) варьируется в зависимости от позиции автора.

Не в пользу концепции сыграло и то, что она плохо соотносится с официальным канадским внешнеполитическим 3-D подходом. Как подчеркивают авторы, «два из трех главных исполнителей 3-D подхода  – министерство иностранных дел и международной торговли и Канадское агентство международного развития – никогда не использовали термин “война в трех кварталах” и не руководствовались этой концепцией в своей деятельности»[37].

Однако, возможно, главный недостаток концепции заключается в том, что акцент концепции на средствах достижения цели (ведении боевых действий), а не на самой цели (установлении прочного мира) противопоставляет канадских солдат местному населению.

В настоящее время переход канадских вооруженных сил от «войны в трех кварталах» к проведению противоповстанческих операций принял всеохватывающий характер. Помимо принятия Полевого устава и нового варианта военной доктрины изменена и система подготовки войск. Будут внесены коррективы и в закупку вооружений. По словам Эндрю Лесли, «если раньше канадская бронетехника имела наибольшую бронезащиту в передней и верхней части машины, поскольку должна была участвовать в лобовом столкновении с советскими войсками, то теперь основная броня будет устанавливаться под днищем и по бокам»[38]. Он поясняет, что самодельные взрывные устройства и мины являются угрозой не только в Афганистане, но будут использоваться повстанцами на любом ТВД.

В конечном счете, по мнению Лесли, канадская армия будет представлять собой «сбалансированные, средние по силе вооруженные силы, предназначенные для проведения противоповстанческих операций, способные также к участию в традиционных военных конфликтах или миротворчестве»[39].

В целом, трансформация канадских вооруженных сил – явление неоднородное и незавершенное, что вытекает из самого определения трансформации как процесса перманентных изменений. Однако некоторые итоги подвести можно. Трансформация канадских вооруженных сил так или иначе связана с публикацией в 2005 г. Белой книги по внешней политике Канады, точнее с ее оборонным разделом. Несмотря на то, что консерваторы стараются лишний раз не вспоминать об этом детище либералов, положения о несостоявшихся государствах как главном источнике угрозы для безопасности Канады прочно вошли во все документы канадского военного планирования.

Главной особенностью трансформации является то, что она проводится на фоне участия Канады в военной операции в Афганистане и чем дальше, тем больше эта операция определяет характер трансформации (достаточно вспомнить неудачную попытку замены танков «Леопард» на легкую колесную бронетехнику). Это влияние имеет несколько измерений. С одной стороны, огромные финансовые затраты на афганскую операцию (по некоторым подсчетам, к 2011 г. расходы Канады на эти цели составят 18,1 млрд. долл. или 1,5 тыс. долл. в расчете на каждую канадскую семью) серьезно затормозили скорость и масштабы инноваций. С другой стороны, участие в течение восьми лет в военной операции в Афганистане серьезно изменило характер вооруженных сил Канады. Уже закуплены или размещены заказы на новую военно-транспортную авиацию, вертолеты, грузовики, танки, беспилотные летательные аппараты. Произошедшие в канадских вооруженных силах изменения в среднесрочной перспективе имеют необратимый характер, поскольку срок службы систем вооружений рассчитан на десятки лет и канадское правительство в целях экономии старается не менять системы вооружений раньше срока эксплуатации, делая это зачастую и со значительной задержкой (например, вертолеты морского патрулирования «Си Кинг» эксплуатируются уже более сорока лет). Не стоит забывать и о том, что через Афганскую войну прошли почти все канадские военнослужащие, многие побывали в Афганистане по пять-шесть раз, особенно это касается сухопутных сил и сил специального назначения. Поэтому от прежнего миротворческого облика канадских вооруженных сил уже мало что осталось. Можно сказать, что главной жертвой трансформации стала миротворческая составляющая канадских вооруженных сил. Закупка и использование некоторых систем вооружений таят особенно высокую опасность для образа Канады, как миротворца и воина в белых перчатках. Например, использование американцами БПЛА в Афганистане хотя и позволило выследить и уничтожить ряд видных полевых командиров Талибана, но, в тоже время, приводило порой к большим жертвам среди мирного населения. Еще сложнее будет совместить образ Канады как миротворца с реактивными системами залпового огня. Соответственно, сохранится тенденция превращения канадской армии в «нормальные» вооруженные силы.


 

[1] Sloan E. Military Transformation: Key Aspects and Canadian Approaches. Canadian Defence & Foreign Affairs Institute, December 2007, p. 3.

[2] Gosselin D. Navigating the Perfect Wave: The Canadian Military Facing its Most Significant Change in 50 Years. – Canadian Military Journal, Winter 2007–2008, p. 83.

[3] At a Crossroads. Annual Report of the Chief of the Defence Staff 2001–2002. – Ottawa: CDS, 2002, p. i.

[4] Ibid., p. 13.

[5] См.: A Time for Transformation. Annual Report of the Chief of the Defence Staff 2002–2003. – Ottawa: CDS, 2003.

[6] Ibid., p. iii.

[7] Report on Plans and Priorities 2003–2004. – Ottawa: DND, 2003, p. 15

[8] Здесь и далее, если не указано иное, имеются в виду канадские доллары.

[9] Canada’s International Policy Statement: A Role of Pride and Influence in the World. Defence. – Ottawa, 2005, p. 5.

[10] Ibid., p. 8.

[11] Данный термин впервые выдвинул в 1997 г. тогдашний командующий Корпусом морской пехоты США генерал Чарльз Крулак. Он отмечал, что грядущие конфликты, в которых предстоит участвовать американским военнослужащим, будут проходить в городских условиях и являться асимметричными по своей природе. По словам генерала, «в один момент времени американские военнослужащие будут раздавать продовольствие и одежду беженцам, оказывать гуманитарную помощь. В следующий момент они будут удерживать от конфликта два враждующих племени – проводить миротворческие операции, и наконец, они будут участвовать в кровопролитных боях средней интенсивности. Все эти операции американские солдаты будут проводить в один и тот же день… в трех кварталах одного и того же города». См.: The Three Block War. Fighting in Urban Areas. Address by Charles C. Krulak, General, Commandant of the Marine Corps. Delivered to the National Press Club, Washington, D.C., October 10, 1997.

[12] Цит. по: Комкова Е.Г. Белая книга по внешней политике Канады. – США–Канада: экономика, политика, культура. 2005.  8. С. 70.

[13] Canada’s International Policy Statement: A Role of Pride and Influence in the World. Defence. – Ottawa, 2005, p. 8.

[14] Ibid., p. 26.

[15] Ibid., p. 11.

[16] Ibid., p. 12.

[17] Ibid., p. 14.

[18] См.: Report on Plans and Priorities 2006–2007. Department of National Defence. Ottawa, 2006.

[19] Ibid., p. 16.

[20] Ibid., p. 46.

[21] См.: Canada First Defence Strategy. Department of National Defence. 19.06.2008. Ottawa.

[22] Ibid., p. 3.

[23] MacDonald B. The Canada First Defence Strategy of 2008 and the 20 Year Defence Budget. 28.07.2008, p. 2.

[24] New Vehicles Ordered to Modernize Army. URL: http://www.cbc.ca/stories/2003/10/29/notstrykers031029; Campion-Smith B. Ottawa Spending $600M to Replace Old Tanks. – The Toronto Star, 29.10.2003.

[25] См.: Bergen B. Does the Army Need a Thicker Skin? Tanks Provide the Best Protection, But Their Future is Up in the Air. 06.08.2006. URL: http://www.winnipegfreepress.com/westview/story/3624700p-4190332c.htm.

[26] Fitzpatrick M. Canadian Forces to Revamp Aging Tank Fleet. – CanWest News Service, 12.04.2007.

[27] См.: Curry B. Army Waits for Tanks Bought Two Years Ago. 80 Leopard 2 Battle Tanks Are in Storage Awaiting Upgrades Needed to Get Them into Service, Army Chief Tells Senate. – The Globe and Mail, 10.03.2009.

[28] Pugliese D. DND Seeks Armed Drones by 2012. – The Ottawa Citizen, 17.09.2008; Pugliese D. Canada Won’t Arm Its Drones in Afghanistan. – The Ottawa Citizen, 19.11.2009.

[29] Canadian Army Shopping for Rocket Launchers. – The Canadian Press, 8.01.2009.

[30] Ibidem.

[31] Brewster M. Canadian Military Goes Global With Supply Bases. – The Canadian Press, 10.12.2008.

[32] Ibidem.

[33] Counter-Insurgency Operations. B-GL-323-004/FP-003. Published on the Authority of the Chief of the Land Staff. 13.12.2008, p. 1–2.

[34] Canadian Military Doctrine. CFJP 01. Issued on Authority of the Chief of the Defence Staff. April 2009., p. 2?12.

[35] Ibid., p. 2–13.

[36] Dorn W., Varey M. The Rise and Demise of the «Three Block War». – Canadian Military Journal, 2009,  1, p. 40.

[37] Ibid., p. 41.

[38] Montpetit J. Canada’s Military Future Counter-Insurgency, General Says. – The Canadian Press, 14.11.2009.

[39] Davis J. Army Hurting From Afghan Mission: Generals. – The Embassy, 4.03.2009.



Печать