Россия и Америка в XXI веке
Россия и Америка в XXI веке На главную Написать письмо О журнале Свежий выпуск Архив Контакты Поиск
Подписаться на рассылку наших анонсов

E-mail:
№3, 2017

РАЗВИТИЕ ВОЕННО-КОСМИЧЕСКИХ ПРОГРАММ США В ПЕРИОД РАЗРЯДКИ*

В.Т. Юнгблюд,
доктор исторических наук, профессор,
президент Вятского государственного университета
e-mail:

А.В. Збоев,
кандидат исторических наук,
ассистент кафедры всеобщей истории и политических наук
Вятского государственного университета
e-mail:

Аннотация. Статья посвящена военно-космическим средствам, функционировавшим и находившимся на стадии разработки в США в период разрядки международной напряжённости. Рассматриваются основные компоненты американской военно-космической программы (спутники и средства противоспутниковой обороны), тенденции их развития в связи с международными процессами 1970-х гг.

Ключевые слова: Холодная война, разрядка, военный космос, военные спутники, противоспутниковое оружие, «Спэйс Шаттл».

DEVELOPMENT OF U.S. MILITARY-SPACE PROGRAMMS DURING THE DETENTE

Valery Yungblud,
Professor, Doctor of Historical Sciences,
President of the Vyatka State University
e-mail:

Artyom Zboyev,
Candidate of Historical Sciences,
Assistant of the Chair of General History and Political Sciences
of Vyatka State University
Russian Academy of Sciences
e-mail:

Annotation. The article is devoted to the military space facilities functioned and was at the stage of development in the USA during the Détente. The main components of the US military space program (satellites and anti-satellite weapon), trends of their development in connection with the international processes of the 1970s are considered.

Keywords: Cold War, Detente, military space, military satellites, anti-satellite weapons, "Space Shuttle".

Поскольку начало освоения космоса пришлось на самый разгар холодной войны, развитие космических технологий и в США, и в СССР изначально было тесно связано с военными целями. Космос стал новым фронтом противостояния двух сверхдержав. Период разрядки международной напряжённости с конца 1960-х г до декабря 1979 г. совпал с завершением «лунной гонки», подписанием ряда договоров о советско-американском научно-космическом сотрудничестве, знаменитым «рукопожатием в космосе» 15 июля 1975 г. в ходе экспериментального полёта «Аполлон-Союз». Однако и в этот сравнительно «мирный» период развитие военно-космических технологий продолжало оставаться одним из главных приоритетов политики Вашингтона и Москвы.

Прежде всего, стоит оговорить, что не всегда представляется возможным провести черту между технологиями «мирного» и «военного» космоса, поскольку зачастую они имели двойное назначение. Силовые ведомства США (Министерство обороны, Военно-воздушные силы, Военно-морские силы, Армия, Центральное разведывательное управление) выступали операторами не только таких аппаратов, которые можно было прямо отнести к категории космического оружия, но и различных спутников-разведчиков, геодезических, метеорологических, океанографических спутников и т.д. К реализации военно-космических проектов США привлекалось гражданское ведомство – Национальное управление по воздухоплаванию и исследованию космического пространства (НАСА). К работе в этом направлении были подключены несколько военных и разведывательных управлений, главным образом – DARPA, SAMSO, NRO, DS&T1. Контракты на создание космических аппаратов и их элементов заключались ими с такими фирмами, как «Локхид», «Роквелл» и TRW (производство спутников), «Белл» (двигатели), «Истмэн Кодак» и «Перкин Элмер» (фотооборудование), «Дженерал Электрик» (спецкапсулы для фотоплёнки), «Боинг», «Воут», «Макдонелл Дуглас», «Тиокол» (противоспутниковые ракеты) и рядом других.

Главным компонентом американской орбитальной группировки были многочисленные спутники. Большинство из них квалифицировались как военные2, при этом по своим функциям они подразделялись на спутники:

  • оптической (видовой) и радиоэлектронной разведки;

  • коммуникационные;

  • навигационные;

  • ядерного обнаружения (контроля за ядерными испытаниями);

  • раннего предупреждения ракетных запусков;

  • геодезические и океанографические;

  • метеорологические;

  • технологические / исследовательские.

28 февраля 1959 г. в космос был запущен первый американский спутник-разведчик Corona (Discoverer 1), положивший начало серии спутников оптической разведки типа КН («Keyhole» – «Замочная скважина»). Именно эти аппараты стали главными источниками информации о расположении военной инфраструктуры противника (прежде всего, СССР и Китая) после того, как советские средства противовоздушной обороны (ПВО) получили возможность сбивать недосягаемые ранее самолёты-разведчики U-23.

На протяжении 1960-1970-х годов велись работы по совершенствованию фотографического оборудования космических аппаратов, способов доставки информации, продлению сроков службы. Если разрешающая способность первых спутников позволяла различать на земной поверхности лишь крупные объекты размером до нескольких метров в поперечнике, то в 1970-е годы была достигнута практически предельная разрешающая способность, позволявшая различать детали размером до 10-15 см.

Фотоплёнка с полученными снимками первых аппаратов KH с низкой околоземной орбиты доставлялась на землю в сбрасываемых на землю специальных капсулах, оснащенных парашютом. Задачей наземных служб и ВВС было обнаружение, «поимка» и своевременная доставка этих капсул в центры обработки информации4. КН-11 Kennen стал первым спутником, оснащенным оптико-электронной цифровой фотокамерой, позволявшей передавать снимки непосредственно на Землю в режиме реального времени, что существенно повысило надёжность и оперативность передачи.

Таблица 1.
Американские спутники оптической разведки, запущенные в 1969-1979 гг.5

Тип спутника

Средние параметры орбиты (перигей / апогей)6, км

Годы и количество запусков

Другие параметры

KH-4A Corona

180-500 /

240-510

50 запусков в

августе 1963 г. – сентябре 1969 г.

Масса – 2000 кг вместе с двигателем

KH-4B Corona J-3

150-170 /

250-300

18 запусков в

сентябре 1967 г. – мае 1972 г.

Масса – 3000 кг вместе с двигателем

KH-8 Gambit-3

120-160 /

235-460

51 запуск в

июле 1966 г. – апреле 1984 г.

Срок службы первых спутников (Block 1) – 14-27 дней, более поздних (Block 4) – до 75

KH-9 Hexagon / Big Bird

150-180 / 250-330,

620-630 / 630-660

19 запусков в

июне 1971 г. – июне 1984 г.

Срок службы – 40-275 дней

Масса – 11400 кг

КН-10 Dorian7

(проект)

KH-11 Kennen (после 1982 г. – Crystal)

250-280 /

500-530

16 запусков в

декабре 1976 г. – августе 2013 г.

Срок службы – около 3-4 лет

Масса 13500-17000 кг

Радиоэлектронная разведка основывалась на перехвате электромагнитного излучения и сигналов от советских РЛС, радарных установок и прочих технических средств. Подобной функцией обладали как уже упоминавшиеся КН (КН-4А Corona), так и специализированные спутники «Poppy»8 и разработанные на их основе NOSS (Naval Ocean Surveillance Satellites)9 и ряд других10. Размещались подобные аппараты, как правило, на орбите около 1000 км.

Коммуникационные спутники, или спутники-ретрансляторы11 обеспечивали защищённые линии связи для военнослужащих США и НАТО, а также для президентской команды12. Срок их службы составлял около 5-12 лет. Размещались такие спутники на высокой геосинхронной орбите (36 тысяч км), что позволяло им «зависать» над определённой областью Земли и находится вне зоны поражения противником.

Для определения географических координат использовались навигационные спутники Timation, NNS (Navy Navigation Satellite, NavSat), которые стали предтечами наиболее известной системы данного типа – «Джи-Пи-Эс», эксплуатация которой началась с конца 1970-х годов. С февраля 1978 по октябрь 1985 г. было запущено 11 спутников первого поколения GPS (Navstar)13 с орбитой 20200 км и сроком службы 5 лет.

Контроль за ядерными испытаниями и соблюдением Договора о запрещении испытаний ядерного оружия в трёх средах – атмосфере, космосе и под водой от 5 августа 1963 г. был возложен на спутники Vela (в октябре 1963 г. – апреле 1970 г. их было запущено 12). Функцию раннего предупреждения запусков ядерных ракет противника несли спутники DSP (Defense Support Program), размещавшиеся на геосинхронной орбите.

Помимо этого в ведении военных ведомств находилось большое количество исследовательских спутников, занимавшихся изучением свойств космического пространства и его влияния на космические аппараты14.

Наступление спутниковой эры открыло новые горизонты для военных, но создало и новую проблему – противодействия спутникам противника. Высота их орбит в несколько раз превышала зону досягаемости «традиционных» средств ПВО, ПРО и ВВС, и эта проблема породила новое направление военной технологии – созданиепротивоспутникового оружия (ПСО).

Первый успешный перехват спутника состоялся уже 13 октября 1959 г., когда баллистическая ракета Bold Orion, выпущенная с самолёта B-47 прошла в 6 км от спутника «Explorer VI» на высоте 251 км от земли15. Параллельно до 1963 г. разрабатывалась программа SAINT (Satellite Interceptor), направленная на создание космического аппарата, выводимого на орбиту выбранного спутника с целью его перехвата, инспекции и возможного уничтожения. По техническим и финансовым причинам эта программа была прекращена, а приоритетное внимание стало уделяться системам наземного базирования.

С начала 1960-х годов Сухопутные войска и ВВС США приступили к реализации двух схожих проектов – соответственно «Проекта 505» и «Проекта 437» – предполагавших использование для уничтожения спутников модернизированных ядерных противоракет. Армейская программа (находилась на боевом дежурстве в 1963-1966 гг.) использовала для этого пусковые установки ракет «Найк-Зевс», развёрнутые на атолле Кваджалейн, авиационная (1964-1975) – две установки с ракетами «Тор» на атолле Джонстон в Тихом океане16. Обе системы получали данные от системы глобального обнаружения и отслеживания SPADATS (Space Detection and Tracking System) и имели возможность дважды в сутки перехватывать спутники, проходившие над территорией США.

После закрытия «Проекта 505» джонстонские установки остались единственным противоспутниковым средством американских вооружённых сил, однако в начале 1970-х годов они стали постепенно сворачиваться. Этому способствовали и природные факторы: 19 августа 1972 г. на атолл обрушился тропический ураган «Селеста», обслуживающий персонал был эвакуирован. Ракетная система сильно пострадала и была снята с дежурства для ремонта до конца марта 1973 г.17 Однако были и другие причины, по которым военным пришлось отказаться от её дальнейшей эксплуатации – недостаточная оперативность системы и её небезопасность для спутников самих США и дружественных им стран (ядерные взрывы в космосе угрожали созданием радиационных поясов вокруг Земли, представляющих опасность для любых космических аппаратов). Проводившиеся в 1960-е годы испытания неядерных ракет-перехватчиков в рамках «Проекта 922» на базе системы на атолле Джонстон не получили развития и были засекречены18.

С августа 1974 г. началось свёртывание объектов «Проекта 437», и 1 апреля 1975 г. он был окончательно закрыт по указанию Министерства обороны США. Данное действие вполне вписывалось в контекст разрядки и заключения ряда международных договорённостей, ограничивавших разработку систем ПРО и космического вооружения19. Однако с середины 1970-х годов оптимистические настроения, связанные с разрядкой, заметно пошли на убыль. Этому способствовало и то, что один из её главных вдохновителей – президент Р. Никсон – в августе 1974 г. ушёл со своего поста в результате импичмента.

В американских военных кругах сохранялась подозрительность в отношении политики СССР, в том числе, в космосе. Одной из главных угроз со стороны Москвы американцы считали т.н. систему частично-орбитальной бомбардировки (FOBS, Fractional Orbital Bombardment System), основанной на использовании «глобальных» ядерных ракет Р-36орб («орбитальная»), которые в теории могли наносить внезапные удары по территории Соединённых Штатов с наименее защищённых системами ПРО направлений20. Другой проблемой было заметное количественное и качественное усиление советской спутниковой группировки.

Тема милитаристического уклона советской космической программы часто затрагивалась в западной прессе. В одной из статей «Форин Афферс» подчёркивалось, что в отличие от «экстравертной природы программ НАСА» советская космическая активность была скрыта завесой секретности; однако из отчета, предоставленного Сенату, известно, что к концу 1971 г. США осуществили 764 запуска в космос, из них 241 – под руководством НАСА, остальные (т.е. 523) – Министерства обороны (в т.ч. 182 классифицировались как гражданские, 341 – как военные). Из 661 советского запуска военными считались 392 (в т.ч. 17 связывались с испытаниями FOBS, 25 – с испытаниями систем инспекции и уничтожения спутников)21. «На каждый наш военный спутник Советы запускают два», – утверждал другой автор22. Правда, следует сделать оговорку, что это объяснялось меньшей долговечностью и более узкой специализацией советских аппаратов.

По сведениям американских военных, к концу 1974 г. на орбите находилось около 70 советских активных военных спутников, и ожидалось, что к началу 1980-х гг. эта цифра существенно вырастет23. Наибольшие опасения высказывались по поводу спутников радиоэлектронной (ELINT, Electronic Intelligence) и морской космической разведки (известные на Западе как RORSAT, Radar Ocean Reconnaissance Satellite), представлявшие серьёзную угрозу американскому флоту24. Просачивались также сведения о разработке и испытаниях в СССР противоспутникового оружия: это были и нереализованные проекты орбитального истребителя «Спираль» (разрабатывался до декабря 1970 г. под руководством А. Микояна), и поставленная на дежурство система ПРО А-35 (на Западе известная как ABM Galosh).

Большой резонанс в американских военных кругах произвели испытания советских истребителей спутников (ИС). Такие аппараты должны были выводиться на орбиту, пересекающуюся с орбитой спутника-жертвы, и при приближении к цели на расстояние до 1 км взрываться, поражая её облаком осколков и взрывной энергией. Серия испытаний систем ИС в 1968–1972 гг. продемонстрировала возможности СССР уничтожать спутники на орбитах от 250 до 1000 км, т.е. в зону поражения попадало большинство разведывательных аппаратов25. По завышенным оценкам Министерства обороны США, советские противоспутниковые системы могли атаковать цели на высоте даже до 5000 км и выше и могли быть приняты на вооружение уже в 1971 г.26

Советские испытания ИС были приостановлены в результате переговоров по ПРО и ОСВ-1 в 1972 г. (а также в результате технических неполадок). Но в начале 1976 г. Москва неожиданно возобновила испытания, при этом были расширены верхние и нижние границы аппаратов-перехватчиков, впервые использована инфракрасная система наведения на цель. Далеко не все запуски были успешными27, тем не менее они произвели настоящий переполох в военных кругах Соединённых Штатов. В выступлении перед Конгрессом вскоре после возобновления советских испытаний Начальник управления оборонительных исследований и конструирования д-р Малькольм Керри заявил: «Спутниковая уязвимость стала для нас серьёзной проблемой и главной темой для исследований на следующие несколько лет»28.

С весны 1976 г. проблема обеспечения безопасности американских спутников и создания собственного противоспутникового оружия стала активно обсуждаться на высшем уровне. Общий тон сообщений по этому вопросу был довольно пессимистичным. 15 марта 1976 г. помощник президента по вопросам национальной безопасности Брент Скоукрофт направил меморандум президенту Дж. Форду с признанием, что у США не имеется практически никаких наработок по данному направлению, но группа гражданских экспертов уже приступила к изучению ситуации для выработки практических рекомендаций29. Была сформирована специальная Комиссия Совета Национальной Безопасности, председателем которой был назначен глава Научной комиссии минобороны Соломон Буксбаум, его заместителем стал бывший директор DARPA Чарльз Херцфельд. Позже в ноябре 1976 г. была сформирована Рабочая группа по космической обороне из представителей DARPA, Объединённого комитета начальников штабов и различных специалистов. Выводы экспертов были оформлены в нескольких отчётах и предоставлены для ознакомления президенту и руководителям силовых ведомств30.

Выводы комиссий говорили о том, что проблема космического оружия приобрела первостепенное значение в современных условиях, так как спутники стали играть огромную роль для США в разведке, коммуникациях, координации действий ВС и т.д. Теперь от небольшого числа (от 6 до 15) ключевых спутников во многом зависел исход современных военных конфликтов. И по этой же причине наличие даже небольшого числа средств ПСО становилось серьёзным козырем для их обладателя31. В Минобороны США полагали, что Советский Союз уже владеет эффективной противоспутниковой системой, способной с 80% вероятностью уничтожить до 14 ключевых американских спутников в течение 45 часов32, чего было бы достаточно для того, чтобы в случае серьёзного конфликта на несколько лет лишить Пентагон возможности организовывать разведывательные миссии над советской территорией33. В марте 1978 г. газеты писали, что американские эксперты оценивают отставание США от СССР в этой области примерно в 5-10 лет34. Соединённые Штаты оказывались в более уязвимом, как казалось, положении ещё и вследствие того факта, что опирались на немногочисленные, но более сложные и многофункциональные спутники, тогда как Москва делала ставку на большое количество простых. Ещё одним фактором угрозы назывался «закрытый» характер советского общества и «открытый» характер американского, что облегчало Москве решение задач по уничтожению наземной космической инфраструктуры США35.

Из существующих условий вытекало несколько вариантов действий для США: а) отстаивать принципы «мирного» космоса, добиваться запрещения любого космического оружия, и средств ПСО в частности; б) втянуться в полномасштабную гонку вооружений с СССР в космосе, руководствуясь программой-максимум, которая будет предполагать создание системы, рассчитанной на уничтожение порядка 40 вражеских спутников в течение 24 часов; в) сосредоточить усилия на развитии отдельных технологий перехвата наиболее опасных советских спутников. Первый вариант представлялся Вашингтону наихудшим, поскольку предполагал добровольный отказ от разработки собственных средств ПСО, в то время как у Москвы они уже имелись. И даже если бы советское руководство согласилось бы на столь невыгодный для себя шаг, американские военные не могли гарантировать, что существующие истребители спутников не будут тайно сохранены для более удобного момента. Второй вариант был чреват рассредоточением усилий военно-космической отрасли и затягиванием сроков разработки готового к службе универсального противоспутникового оружия. Оптимальным был признан третий вариант. При постановке умеренных задач (расчёт на уничтожение 6-10 низкоорбитальных ключевых спутников противника в течение недели) и должном внимании со стороны руководства Соединённые Штаты могли обзавестись собственной эффективной противоспутниковой системой уже к концу 1980 года.

Предлагались различные варианты противодействия советским спутникам. Эксперты рекомендовали уделить первоочередное внимание не средствам физического уничтожения, а средствам создания электронных помех – их разработка и производство обошлись бы дешевле, а применение было бы менее провокационным36.

В 1970-е годы уже довольно часто говорили о перспективах использования лазеров в космосе. По мнению З. Бжезинского, США вполне могли бы заложить эту технологию (HEL, High Energy Laser) в основу программы ПСО37. Однако большинство экспертов склонялось к тому, что боевые лазеры смогут встать на вооружение не ранее середины 1980-х годов38.

Главными причинами отставания США в разработке противоспутникового оружия эксперты называли отсутствие чёткой государственной политики в области космоса, бюрократические и финансовые препятствия. Для исправления существующего положения в 1976–1978 гг. было принято несколько директивных документов, в которых были обозначены текущие приоритеты и задачи государства в военно-космической сфере. 7 июля 1976 г. Скоукрофт подписал резолютивный меморандум о национальной безопасности NSDM-333 под заголовком «Повышенная выживаемость ключевых американских военных и разведывательных космических систем». В нём речь шла о том, что в условиях возросшей зависимости США от своих спутников и усиления угрозы им со стороны СССР необходимы меры по обеспечению своевременного предупреждения атак против спутников и повышению уровня их сопротивляемости различным формам воздействия, включая атаки соорбитальных перехватчиков (т.е. советских аппаратов ИС), электронный перехват и лазерные атаки39.

Следующим шагом Вашингтона должна была стать разработка собственного противоспутникового оружия. Большинство силовых ведомств поддерживали эту идею, однако некоторые опасения высказывались со стороны разведывательного сообщества: была опасность того, что американские разработки будут стимулировать советские военно-космические программы и создадут препятствия для ведения разведки в мирное время40.

18 января 1977 г. Скоукрофтом был подписан один из последних документов периода администрации Форда – меморандум NSDM-345. В нём констатировалось, что увеличение масштабов использования Москвой космических средств поддержки вооружённых сил существенно повысило эффективность советских войск и усилило угрозу боевым силам США. Ввиду этих фактов президент, оставаясь приверженцем политики «мирного космоса», постановил тем не менее предпринять ответные меры. Оборонным ведомствам предписывалось в ускоренном порядке разработать космический перехватчик, способный в течение недели уничтожить от 6 до 10 ключевых советских спутников на низкой орбите. Факт этих разработок не предполагалось засекречивать, в отличие от факта разработки электронных противоспутниковых средств, чтобы не стимулировать ответные действия Москвы41.

Директивой PD/NSC-33 от 10 марта 1978 г. новый президент Дж. Картер указал отменить ограничения на космические испытания и активизировать разработки по противоспутниковой программе. Это отвечало не только чисто военным, но и внешнеполитическим потребностям государства – необходимо было показать, что Вашингтон вскоре обзаведётся собственным космическим оружием, если только Москва не предпримет «весьма позитивных действий» конкретное содержание этих слов не расшифровывалось для предотвращения этого42.

Из нескольких вариантов ПСО в конечном итоге за основу был взят проект создания двухступенчатой ракеты43 с самонаводящимся устройством, выпускаемой в воздухе с истребителя F-106. Проект, получивший название SPIKE был однако вскоре закрыт, но полученные наработки легли в основу схожего проекта Air-launched ASAT. Его реализацией занялось Управление космических и ракетных систем ВВС США по контракту с корпорацией «Воут» (Ling-TEMCO-Vought, LTV)44. В качестве самолёта-носителя был выбран модифицированный новейший F-15, на подвеске которого располагалась ракета ASM-135 ASAT45, оснащённая Миниатюрным самонаводящимся устройством (Miniature Homing Vehicle) с инфракрасной системой наведения. Первоначально ожидалось, что система ASAT будет испытана уже к концу 1981 г., позволит сбивать спутники на высоте до 2000 км в течение 10-20 минут с момента вылета, что сразу выведет США вперёд в космической гонке вооружений46. Однако первые успешные испытания комплекса прошли только 21 января 1984 г., а уже к концу 1980-х гг. они прекратились47.

Альтернативным проектом ПСО в 1970-е гг. был проект Space Cruiser, разрабатывавшийся агентством DARPA и ВВС США. Он являлся развитием уже не новой к тому времени идеи создания управляемого космического аппарата для разведки, инспекции и уничтожения спутников48. К концу 1970-х годов проект был закрыт в пользу более перспективной и универсальной «Космической транспортной системы», ставшей более известной как «Спэйс Шаттл».

Дискуссии с участием представителей администрации президента по поводу создания многоразового управляемого космического транспортного аппарата начались ещё в 1969 г., с 1972 г. начались работы по реализации проекта. Предполагалось, что это будет гражданский проект под эгидой НАСА, однако были и факторы, позволявшие усомниться в этом. Программа реализовывалась в сотрудничестве с Министерством обороны и ВВС при условии, что им будет впоследствии принадлежать треть запусков «челноков»49. Габариты грузового отсека позволяли разместить в ней до 30 ядерных боеголовок или даже захватить советскую орбитальную станцию «Алмаз»50. О «Шаттле» как о перспективном боевом космическом корабле неоднократно писала как американская пресса51, так и представители истеблишмента52. С восточной стороны «железного занавеса» такая точка зрения утвердилась ещё более прочно. Советский журнал «Зарубежное военное обозрение» за 1976 г. со ссылкой на иностранных специалистов причислял к задачам нового корабля ведение разведки, вывод на орбиту и обслуживание военных спутников, инспекцию и уничтожение спутников потенциального противника, нанесение орбитальных ударов и т.д.53

Первый полёт по программе «Спэйс Шаттл» состоялся 12 апреля 1981 г., но уже на стадии разработки на протяжении предшествующего десятилетия она являлась весомым экономическим54, военным и политическим фактором. «Шаттл» оценивался как новое космическое оружие, способное изменить баланс сил между СССР и США. Ответной реакцией Москвы стала попытка убедить американцев остановить их разработки в этом направлении и начало работ по созданию собственного аналогичного космического корабля – «Бурана» (с 1976 г.).

В 1970-е годы советские и американские политики провели ряд переговоров о новом сокращении обычных и стратегических вооружений. Проблема космического оружия обсуждалась в три раунда – 8-15 июня 1978 г. в Хельсинки, 23 января – 16 февраля 1979 г. в Берне и 23 апреля – 17 июня в Вене). Однако многие вопросы так и остались неразрешёнными вследствие стремительно ухудшавшейся международной обстановки: конгресс США затягивал с ратификацией подписанного с Москвой ещё 18 июня 1979 г. договора ОСВ-2, 12 декабря 1979 г. руководством НАТО было принято решение о развёртывании в Западной Европе ракет средней дальности, и в этих условиях советское руководство приняло решение о вводе воинского контингента в Афганистан, начавшееся 25 декабря55. Все эти события ознаменовали конец периода разрядки и начало нового витка холодной войны, в котором космос и космические технологии приобрели ещё более важное место.

Период разрядки международной напряжённости не стал временем снижения накала технологической гонки СССР и США в военно-космической сфере. Напротив, именно в 1970-е годы этой отрасли стало уделяться повышенное внимание со стороны американского руководства. В это время появились уже практически совершенные разведывательные спутники, начались разработки противоспутниковых систем нового поколения, проведена большая часть работ по программе «Спэйс Шаттл».

Начатая при Никсоне разрядка способствовала дальнейшему сворачиванию программ, связанных с использованием ядерного оружия в космосе, но на замену им приходили другие, неядерные средства. Администрации президентов Форда и Картера, хотя и не говорили об этом открыто, фактически признавали, что космическая политика Никсона оказалась недостаточно продуманной, наивной и поставившей Вашингтон в уязвимое положение. Вторая половина 1970-х годов стала временем ускоренного развития в США военно-космических технологий с целью не допустить превосходства СССР. В результате к началу 1980-х годов американцам удалось выполнить ряд успешных разработок, заложивших фундамент для наступательных космических программ администрации президента Р. Рейгана.


Список литературы

[*] Публикация подготовлена в рамках поддержанного РГНФ научного проекта № 17-01-00330

[1] The Defense Advanced Research Projects Agency (DARPA) – Управление перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США, создано в 1958 г.; Space and Missile System Organization (SAMSO) – Организация по космическим и ракетным системам, создана в 1958 г., реорганизована в 1979 г.; National Reconnaissance Office (NRO) Национальное управление военно-космической разведки США, создано в 1961 г.; The Directorate of Science and Technology (DS&T) – Управление по науке и технологиям ЦРУ, создано в 1965 г.

[2] По данным, приводимым Ш. Орром, в 1958-1988 гг. всего в космос было запущено около 2500 спутников для военных целей, что составляло почти 75% от всех запущенных спутников. Orr Sh. Peace and Conflict in Outer Space // Peace Research. 1998. Vol. 30. № 1. P. 54.

[3] Разведывательные миссии самолётов Lockheed U-2 над территорией Восточной Европы и СССР проводились с 1956 г. на высоте 19-21 км. 1 мая 1960 г. первый такой самолёт, пилотировавшийся Гарри Пауэрсом, был сбит ракетным комплексом С-75 под Свердловском.

[4] Обработкой информации занимался Национальный центр дешифрирования фотоснимков NPIC (National Photographic Interpretation Center) в Вашингтоне. См.: Евгенов М. Космические средства наблюдения ВВС США // Зарубежное военное обозрение. 1976. № 4. С. 55-59.

[5] Информация с сайтов Gunter's Space Page (URL: http://space.skyrocket.de) и NASA Space Science Data Coordinated Archive (URL: https://nssdc.gsfc.nasa.gov). См. также: Сравнительные характеристики космических аппаратов видовой разведки // Зарубежное военное обозрение. 1995. № 3. http://www.soldiering.ru/space/usa_spy-satellite_tab1.php

[6] Перигей – ближайшая к Земле точка околоземной орбиты. Апогей – самая отдалённая.

[7] KH-10 Dorian (известен как MOL – Manned Orbital Laboratory) – так и не реализованный проект создания Орбитальной управляемой лаборатории, предназначавшийся для изучения возможностей использования космических станций в военных целях. Проект разрабатывался почти 4 года, на него было затрачено около 1,3 млрд долл., что сделало его самой дорогой и сложной разработкой ВВС США. Однако 10 июня 1969 г. проект был закрыт как не оправдавший ожиданий и технически уже устаревший. Полученный опыт был, тем не менее, использован при создании новых спутников серии КН. Проектирование и запуск орбитальных станций в дальнейшем проводились специалистами НАСА (станция Skylab).

[8] В сентябре 1969 г. – декабре 1971 г. было запущено 8 спутников типа Poppy 8 и Poppy 9.

[9] Также известны как Parcae, White Cloud. В апреле 1976 г. – мае 1987 г. запущено 27 спутников на орбиту 1050 на 1150 км.

[10] Среди них спутники Canyon, Chalet (Vortex, Mercury), Jumpseat, субсателлиты серии P-11 («Subsatellite Ferrets»), P-226, P-801, Strawman, Rhyolite (Aquacade) 1, 2, 3, 4.

[11] Из эксплуатировавшихся в 1970-е гг. можно назвать TACSAT 1 (TACOMSAT, Tactical Communications satellite) (запускался в феврале 1969 г.); спутники серии NATO (март 1970 г. – ноябрь 1984 г.); DSCS-2 (Defense Satellite Communications System 2) (ноябрь 1971 г. – октябрь 1982 г.); Quasar (Satellite Data System (SDS) (июнь 1976 г. – февраль 1987 г.); FLTSATCOM (Fleet Satellite Communications System) (февраль 1978 г. – октябрь 1980 г.).

[12] См. так же: Николаев П. Развитие спутниковых систем связи // Зарубежное военное обозрение. 1976. № 2. С. 60-65.

[13] GPS – Global Positioning System (Система глобального позиционирования). Navstar – NAVigation System using Timing And Ranging (Навигационная система для измерения времени и расстояния).

[14] Метеорологические спутники – DSAP (Defense Satellite Application Program; позднее – DMSP – Defense Meteorological Satellite Program. Научные – LOADS 2 (Low Altitude Density Satellite 2), RTDS (Radar Tracking Density Satellite), Solrad 10 (SE C, Explorer 44), Solrad 11 (Solrad-Hi), The Solwind (Solar Wind, P78-1). Технологические / исследовательские спутники – ASTEX (P71-2), Gridsphere 1, 2 (AVL-802), Mylar Balloon (Gridsphere B, AVL-802), Rigidsphere (Gridsphere R, AVL-802), NRL-PL 170, NRL-PL 176, OV1, OV1P, OV3, OV5 (ERS), Radsat (P72-1), RM 20 (P72-2), S3 1, 2, 3 (S73-5, S73-6, S74-2), SCATHA (P78-2), SESP 1 (P70-1), Wideband (P76-5), Wideband (P76-5). Геодезические и океанографические спутники – SECOR (Sequential Collation of Range) / EGRS (Electronic & Geodetic Ranging Satellite), Topo 1 (S70-3).

[15] Peebles C. High Frontier: The U.S. Air Force and the Military Space Program. Wash., 1997. Р. 65.

[16] Anti-Satellite weapons, countermeasures, and arms control. 1985. Р. 56; Foreign Relations of the United States (FRUS). 1964-1968. Vol. X. P. 157; History of Aerospace Defense Command (Anti-Satellite Weapons for Fiscal Year 1969) // U.S. Military Uses of Space, 1945–1991 // Digital National Security Archive (DNSA). URL: https://search-proquest-com.ezproxy.usr.shpl.ru/dnsa_ms (Доступ ограниченный).

[17] Final Report: Program 437 Damage Assessment, Hurricane Celeste // DNSA. U.S. Military Uses of Space, 1945–1991.

[18] History of Aerospace Defense Command (Anti-Satellite Weapons for Fiscal Year 1969) // DNSA. U.S. Military Uses of Space, 1945–1991. Р. 456.

[19] Среди таких соглашений и резолюций – Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН от 17 октября 1963 г. с призывом государствам воздерживаться от вывода на орбиту Земли любых объектов с ядерным оружием или любыми другими видами оружия массового уничтожения или от установки такого оружия на небесных телах; В Договоре о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, от 27 января 1967 г. содержалось обязательство не выводить на орбиту Земли объекты с ядерным оружием или любым другим оружием массового уничтожения. 26 мая 1972 г. во время визита Р. Никсона в Москву было подписано несколько соглашений, в том числе Договор об ограничении систем противоракетной обороны (ПРО) – отказ от создания, испытания и развёртывания систем ПРО морского, воздушного, космического или мобильно-наземного базирования.

[20] После завершения испытаний в 1968-1969 гг. 18 пусковых установок с ракетами Р-36орб были размещены на космодроме Байконур. Позже они были запрещены договором ОСВ-2 (1979 г.), 12 установок было ликвидировано, 6 переоборудовано.

[21] Lovell B. The Great Competition in Space // Foreign Affairs. 1972. № 10. https://www.foreignaffairs.com/articles/united-states/1972-10-01/great-competition-space

[22] Scott P. Russians are determined to win superiority in space // Rome News-Tribune. 1972. Jan 11. P. 3.

[23] Required Operational Capability (ROC) for Space Defense System [Cover Memorandum Attached] // DNSA. U.S. Military Uses of Space, 1945–1991. Р. 2.

[24] Memorandum From the Deputy Chief of the Office of Assistant Director (Smith) to the President’s Assistant for National Security Affairs (Scowcroft) (Washington, November 3, 1976) // FRUS, 1969–1976. Vol. E–3, Documents on Global Issues, 1973–1976. P. 2-6; Memorandum From the Chairman of the Joint Chiefs of Staff (Brown) to Secretary of Defense Brown (Washington, July 29, 1977) // FRUS, 1977–1980. Vol. XXVI, Arms Control and Nonproliferation. P. 4.

[25] Тарасенко М.В. Военные аспекты советской космонавтики. М., 1992. Гл. 3.1.2.

[26] Anti-Satellite weapons, countermeasures… Р. 52.

[27] По оценке М. Лейтенберга, 70% испытательных пусков в 1968-1971 гг. по программе ИС прошли успешно. В 1976-1981 гг. успешными были только 72% атак со второго витка и 40% с первого, а использование ракет с теплонаведением не дало ни одного положительного результата. Leitenberg M. Case Study 1 – The History if U.S. AntiSatellite Weapon Systems // Studies of Military R&D and Weapons Development. 1984. URL: https://fas.org/man/eprint/leitenberg/asat.pdf Р. 34. Впрочем, нужно отметить, что оценки успешности отдельных советских запусков в отечественной и зарубежной литературе иногда расходятся.

[28] Carter A.B. Current and Future Military Uses of Space // Beyond Horizons: a half century of Air Force space leadership. Wash., 1998. Р. 189.

[29] Memorandum From the President’s Assistant for National Security Affairs (Scowcroft) to President Ford (Washington, March 15, 1976) // FRUS, 1969–1976. Vol. E–3. Doc. # 124.

[30] Memorandum From the President’s Assistant for National Security Affairs (Scowcroft) to President Ford (Washington, April 26, 1976) // FRUS, 1969–1976. Vol. E–3. Doc. # 126; Memorandum From the Chairman of the Joint Chiefs of Staff (Brown) to Secretary of Defense Brown (Washington, July 29, 1977) // FRUS, 1977–1980. Vol. XXVI. Doc. # 4; Issues Paper Prepared by the PRM–23 Interagency Group (Washington, August 9, 1977) // FRUS, 1977–1980. Vol. XXVI. Doc. # 6; Memorandum From Secretary of Defense Brown to President Carter (Washington, August 19, 1977) // FRUS, 1977–1980. Vol. XXVI. Doc. # 7.

[31] Memorandum From Secretary of Defense Brown to President Carter (Washington, August 19, 1977) // FRUS, 1977–1980. Vol. XXVI. Doc. # 7.

[32] Memorandum From the Principal Deputy Assistant Secretary of Defense for International Security Affairs (Slocombe) to Secretary of Defense Brown // FRUS, 1977–1980. Vol. XXVI. Doc. # 28.

[33] Memorandum From the President’s Assistant for National Security Affairs (Scowcroft) to President Ford (Washington, April 26, 1976) // FRUS, 1969–1976. Vol. E–3. Doc. # 126.

[34] Macomber F. U.S. Split Over Satellite Limit Pact // Daily News. 1978. Mar. 24. Р. 6.

[35] Required Operational Capability (ROC) for Space Defense System [Cover Memorandum Attached] // DNSA. U.S. Military Uses of Space, 1945–1991.

[36] Memorandum From the Chair of the Advisory Group on Space Systems (Buchsbaum) to the Special Advisor to the President for Science and Technology (Press) (Washington, August 26, 1977) [attached] // FRUS, 1977–1980. Vol. XXVI. Doc. # 7.

[37] Memorandum From the President’s Assistant for National Security Affairs (Brzezinski) to President Carter (Washington, November 28, 1977) // FRUS, 1977–1980. Vol. XXVI. Doc. # 15.

[38] Issues Paper Prepared by the PRM–23 Interagency Group (Washington, August 9, 1977) // FRUS, 1977–1980. Vol. XXVI. Doc. # 6.

[39] National Security Decision Memorandum 333. Enhanced Survivability of Critical U.S. Military and Intelligence Space Systems (Washington, July 7, 1976) // URL: https://fas.org/irp/offdocs/nsdm-ford/nsdm-333.pdf

[40] Memorandum From the Deputy Chief of the Office of Assistant Director (Smith) to the President’s Assistant for National Security Affairs (Scowcroft) (Washington, November 3, 1976) // FRUS, 1969-1976. Vol. E-3. Doc. # 137.

[41] National Security Decision Memorandum 345. U.S. Anti-Satellite Capabilities. URL: https://fas.org/irp/offdocs/nsdm-ford/nsdm-345.pdf

[42] Presidential Directive/NSC-33. Arms Control for Anti-Satellite (ASAT) Systems (Washington, March 10, 1978). URL: https://www.jimmycarterlibrary.gov/assets/documents/directives/pd33.pdf

[43] Стоимость проекта оценивалась в 1977 г. в 720 млн долл. и дополнительно в 12 млн долл. за каждую ракету на базе модернизированных ракет SRAM (Short Range Attack Missile). History of ADCOM, 1 January 1977-31 December 1978 // DNSA. U.S. Military Uses of Space, 1945–1991. Р. 63.

[44] Spike Project – Antisatellite Weapon System. URL: https://www.f-106deltadart.com/piwigo/galleries/file_uploader/pdf/Project_Spike_F_106_ASAT_580795.pdf Р. 63.

[45] Длина ракеты составляла 6,1 м., диаметр корпуса – 0,5 м., вес – 1200 кг.

[46] Anti-Satellite weapons, countermeasures, and arms control. 1985. Р. 10.

[47] 13 сентября 1985 г. было произведено первое уничтожение спутника (им стал исследовательский Solwind) ракетой ASAT, на высоте 555 км. В 1988 г. программа была закрыта, и дальнейшие разработки прекращены по соглашению с советской/российской стороной.

[48] См: Space Cruiser. URL: http://www.astronautix.com/s/spacecruiser.html

[49] Фаворский В.В., Мещеряков И.В. Космонавтика и ракетно-космическая промышленность. Кн. 1. Зарождение и становление (1946-1975). М., 2003. С. 248.

[50] Первушин А. Битва за звезды: Космическое противостояние. М., 2004. С. 458. Западный исследователь Билл Роуз оспаривает утвердившееся в отечественной историографии предположение о заложенной способности «Шаттла» похищать советские спутники с орбиты, т.к. такое действие, несомненно, было бы расценено как враждебный акт и повлекло бы за собой соответствующие последствия. Кроме того был велик риск поймать мину-ловушку. Rose B. Military Space Technology. Midland, 2008. Р. 115.

[51] Scott P. Russians are Determined to Win Superiority in Space // Rome News-Tribune. 1972. Jan 11. P. 3;Fialka J. J. CIA, Military Ride High on Space Shuttle // The Washington Star. 1979. May 8.

[52] Memorandum from the President’s Assistant for National Security Affairs (Brzezinski) to President Carter (Washington, September 19, 1977) // FRUS, 1977-1980. Vol. XXVI. Doc. # 9.

Telegram From the Department of State to the Embassy in the Soviet Union (Washington, April 7, 1980) // Ibid. Doc. # 58.

[53] Дмитриев Ю. Финансирование работ по созданию транспортного космического корабля // Зарубежное военное обозрение. 1976. № 12. С. 101-102.

[54] С разработкой «Шаттла» связывают отказ США от финансирования нескольких других проектов, в том числе уже упоминавшегося Space Cruiser. Также с этим связывают сокращение производства военных спутников в 1970-е гг. Day. D.A. Invitation to Struggle: The History of Civilian-Military Relations in Space // Exploring the Unknown / ed. by J.M. Longsdon. Vol. 2. Wash., 1996. Р. 266.

[55] См. об этом: Воробьёва Т.А., Юнгблюд В.Т. Афганистан в политике СССР и США в 1979 г. // Вопросы истории. 2016. № 10. С. 117-118.



Назад
Наш партнёр:
Copyright © 2006-2016 интернет-издание 'Россия-Америка в XXI веке'. Все права защищены.