Россия и Америка в XXI веке
Россия и Америка в XXI веке На главную Написать письмо О журнале Свежий выпуск Архив Контакты Поиск
Подписаться на рассылку наших анонсов

E-mail:
№1, 2017

ПЕРСПЕКТИВЫ ПОЛИТИКИ АДМИНИСТРАЦИИ ДОНАЛЬДА ТРАМПА В ОБЛАСТИ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ[1]

Н.В. Степанова,
младший научный сотрудник Центра военно-политических
исследований Института США и Канады РАН
e-mail:

Аннотация. В статье рассматриваются основные направления деятельности американского государства в сфере национальной безопасности в 2016 году, в частности анализируется стратегия Европейского командования вооруженных сил США, опубликованная в начале года, а также подводятся основные итоги политики Барака Обамы в исследуемой сфере. Также изучается риторика Дональда Трампа во время президентской кампании 2016 года, в частности его выступления по внешнеполитическим аспектам, а также национальной безопасности, с целью выявления ее основных особенностей и подготовки прогноза перспектив политики избранного президента в области национальной безопасности.

Ключевые слова: США, Соединенные Штаты Америки, администрация Дональда Трампа, национальная безопасность, внешняя политика, военная политика, военный бюджет, российско-американские отношения.

THE PERSPECTIVES OF THE DONALD TRUMP ADMINISTRATION POLICY IN THE NATIONAL SECURITY SPHERE

Nataliya Stepanova,
Junior research fellow
Center for Military and Political Research,
the Institute of USA and Canada Studies
Russian Academy of Sciences
e-mail:

Annotation. The article deals with the US government guidelines in the national security sphere in 2016, including the analysis of the USEUCOM theater strategy issued at the beginning of the year, and the key takeaways from the Obama security policy. Additionally the article provides the evaluation of the Trump rhetoric during the 2016 presidential campaign (particularly his remarks on foreign policy and national security) for the purposes of bringing out its principal aspects and formulating the prognosis for the president-elect national security strategy.

Keywords: USA, United States of America, the Donald Trump administration, national security, foreign policy, military policy, military budget, Russian-American relations.

Говоря о наследии Барака Обамы в сфере национальной безопасности, эксперты отмечают, что за восемь лет пребывания президента у власти по мере роста угроз и одновременного сокращения финансирования на борьбу с ними существенно увеличился разрыв между тем, какие направления национальной безопасности администрация считает приоритетными и финансирование каких из них она действительно может обеспечить. Серьезное место в данной дискуссии занимает вопрос о видении США своего места в глобальном развитии. И в стратегии национальной безопасности 2010 года, и в обновленном документе 2015 года говорится о лидирующей роли американского государства в мире. При этом первый срок администрации Обамы характеризовался концепцией «лидерства из-за спины» (leading from behind), предполагающей продвижение собственных инициатив через международные институты. В стратегии 2015 года ей на смену пришла концепция «лидерства с позиции силы» (leading with strength) при использовании всех инструментов американской мощи. Ссылаясь на международно-правовые принципы, США отстаивают сложившийся мировой порядок, а также свою роль в нем. Примечательно, что понятие полицентричный (многополярный) мир не используется ни в стратегии национальной безопасности США 2010 г., ни в документе 2015 года. Попытки, преследуемые Вашингтоном в вопросе формирования системы коллективной безопасности, характеризующейся общим пониманием основ международного порядка и направленные поддержание глобального мира и стабильности не учитывают такого понятия как национальные интересы, а национальная безопасность по сути приравнивается к международной.

Еще одной особенностью стратегии национальной безопасности ушедшей администрации является отсутствие ее засекреченного компонента[2], в котором могли бы содержаться четко поставленные цели, их приоритетность, преграды на пути их выполнения и возможные способы их преодоления. Документ, находящийся в общем доступе, является отличным средством коммуникации правительства с обществом и другими государствами, однако процесс принятия решений, уточнение роли и места различных заинтересованных ведомств существенным образом совершенствуются при наличии засекреченной версии. Также стратегия национальной безопасности может играть большую роль в вопросах бюджетного планирования. К примеру, если бы документ был выпущен в начале 2014 года, то администрации президента было бы гораздо проще обосновать бюджетный запрос на 2016 год. Однако он был направлен в Конгресс еще до выхода стратегии.

В целом, американское стратегическое планирование характеризуется существенными недостатками, связанными, во-первых, с отсутствием четкой оборонной стратегии[3], а во вторых, с ошибочной оценкой обстановки в сфере безопасности[4], опирающейся на видение мировой политической системы сквозь призму коллективной безопасности, не учитывающей такого фактора, как наличие у других акторов этой системы своего понимания интересов, вызовов и угроз.

Внешнеполитическую доктрину Обамы оценивают крайне неоднозначно. Часть экспертов называет его философом, предложившим стратегию «умного мультилатераризма», основывающуюся на поддержании существующей системы международных отношений, при необходимости в одностороннем порядке, однако не всегда военными средствами[5].

В последний год своего пребывания у власти Барак Обама не обновлял стратегию национальной безопасности, последняя версия которой была подписана в феврале 2015 года. Единственным документом стратегического планирования стала обнародованная Европейским командованием вооруженных сил США (USEUCOM) обновленная стратегия действий в регионе. Документ был подписан тогдашним командующим Еврокомом генералом ВВС США Филипом Бридлавом и опубликован 26 января 2016 года. Двенадцатистраничный документ представляет собой всеобъемлющую концепцию, рассчитанную на срок 3-5 лет[6] и направленную на поддержание внешней и военной политики США и обеспечение их национальных интересов на Европейском континенте. Стратегия состоит из нескольких разделов, посвященных обстановке в области безопасности, вопросам практического применения положений стратегии, а также региональным приоритетам и вызовам.

Что касается внешнеполитических и военные инициатив нового президента США – Дональда Трампа – они, по большей части, будут противопоставляться политике, проводимой в этих сферах Бараком Обамой. Это, в первую очередь, касается видения дальнейшего развития системы международных отношений, глобализации и роли США в этих процессах. В стратегии национальной безопасности, принятой Обамой в 2015 году, основным внешнеполитическим приоритетом называется разворот в сторону Азиатско-Тихоокеанского региона, как в экономическом, так и в военном плане. При этом создание Транстихоокеанского партнерства является краеугольным камнем данной инициативы. Этот вопрос стал довольно острым предметом обсуждения в ходе президентской кампании – против ТТП, которое Трамп назвал «ужасной сделкой»[7], представляющей угрозу американскому производству, выступали Хиллари Клинтон (изначально поддерживавшая соглашение), Берни Сандерс и Джил Стейн. 23 января одним из первых шагов Трампа на посту президента стало подписание указа о выходе США из ТТП[8].

Трамп обвинял администрацию Обамы в проведении нерешительного внешнеполитического курса, в результате которого Америку перестали уважать на международной арене. В качестве примеров он приводил такие шаги, как восстановление отношений с Кубой, политика в отношении Северной Кореи и Китая. По мнению Трампа, у предыдущей администрации не было четко поставленных внешнеполитических целей, сбалансированной внешней политики[9].

Свои взгляды на политику в области обеспечения национальной безопасности Д. Трамп изложил в одном из своих предвыборных выступлений, состоявшемся 7 сентября 2016 года в Филадельфии. В нем он озвучил свою концепцию национальной безопасности: «Мир посредством силы» (peace through strength) – принцип, который использовал еще Рональд Рейган. Его суть, по словам Трампа, состоит в снижении глобальной напряженности с учетом приоритетности американских интересов.

Одним из острых вопросов обеспечения национальной безопасности США стала проблема развития американских вооружённых сил, которая приобрела особую актуальность в свете сокращения ассигнований на оборону в результате секвестра.

Поддержание боеготовности вооруженных сил, которая напрямую влияет на способность США обеспечивать собственные жизненно важные интересы стало одним из приоритетов принятой при Обаме стратегии Еврокома. Американская инфраструктура в Европе, по мнению авторов, позволяет как достигать целей регионального масштаба, так и являться транзитным пунктом для сил и средств, направляемых для поддержания деятельности других командований. Успешное выполнение приоритетных целей, по мнению авторов стратегии, напрямую зависит от финансирования, соответствующего уровню угрозы. Если в 2014 году бюджет Еврокома составлял 135,7 млн. долл., то в 2015 г. произошло его сокращение на 13,5% до значения 122,2 млн. долл.[10] Руководство командования обеспокоено тем, что сокращенные в рамках секвестра оборонного бюджета военные силы и ухудшившаяся в результате этого боеготовность воспрепятствуют возможностям США по изменению геополитической обстановки в своих интересах. Дальнейшее сокращение военных сил, переданных в оперативное подчинение, в пользу ротационных может негативно отразиться на доступе США к ключевым позициям на Ближнем Востоке, в Африке и Евразии.

23 декабря 2016 года, чуть менее чем за месяц до окончания своего президентского срока, Обама подписал «Закон об ассигнованиях на национальную оборону» на 2017 ф.г. Согласно ему, на военные расходы выделяется 618,7 млрд. долл., в том числе 67 млрд. на финансирование заморских операций. Однако документ, помимо утвержденных бюджетных ассигнований на программы в области национальной безопасности министерства обороны и министерства энергетики, вносит масштабные изменения в сфере национальной безопасности, по значимости уступающие только закону Голдуотера-Никольса 1986 г[11].

Решение описанной проблемы стало одним из краеугольных камней предвыборной программы Трампа. Уже после избрания в президенты, в своем стодневном плане действий Трамп излагал первоочередные меры политического и социально-экономического характера, а в разделе, посвященном вопросам национальной безопасности, говорилось о восстановлении военного потенциала за счет снятия ограничений, связанных с сокращением оборонного бюджета, и увеличения военных инвестиций[12].

В своей речи в Филадельфии, посвящённой проблемам национальной безопасности, будущий президент заявил о намерении увеличить и модернизировать военный потенциал США и подробно рассказал о том, численность каких именно подразделений следует увеличить и насколько. Нынешний президент пообещал увеличить количество кораблей ВМС с 276 до 350, численность сухопутных войск – с 490 тыс. человек до 540 тыс., число батальонов морской пехоты с 23 до 36, количество боевых самолетов на 87 шт., нарастить противоракетные и кибервозможности американских вооруженных сил, а также модернизировать ядерные силы США. Подобные планы характерны для многих республиканцев. В частности, их в своей предвыборной программе озвучивал и соперник Барака Обамы Митт Ромни[13]. По мнению экспертов Центра стратегических и международных исследований (CSIS), претворение этой инициативы в жизнь в полном объеме и в скорейшие сроки потребует увеличения военного бюджета более чем на 90 млрд. долларов в год[14]. Возможный военный бюджет составит примерно 3,5% ВВП, что ниже уровня военных расходов 2000-х годов и значительно ниже уровня военных расходов времен Холодной войны (таблица 2).

Таблица 2.
Доля военных расходов США в % от ВВП[15]

Год

Показатель

1968

9,3[16]

1988

5,6

1990

5,1

1995

3,6

2000

2,9

2005

3,8

2010

4,7

2015

3,3

Сценарий, по которому военный бюджет увеличится на 40-90 млрд. долл. в год, позволит потратить значительные ресурсы на вооруженные силы, готовность и модернизацию, однако не сможет полностью воплотить в жизнь показатели, озвученные Трампом в его сентябрьской речи. Это связано еще и с тем, что у новой администрации есть конкурирующие бюджетные инициативы, связанные с сокращением налогов и расходами на поддержание инфраструктуры. Однако, не уточнив, к примеру, сроков и конкретных кораблей ВМС, Трамп вполне может выполнить заявленный план в увеличенные временные промежутки, закупив менее дорогие корабли, что, тем не менее, может встретить сопротивление сторонников увеличения военных расходов и самого Пентагона. Можно также вспомнить о заявлениях Трампа, касающихся нецелесообразности различных расходных статей Пентагона, в том числе на новый президентский Боинг 747, программу Локхид Мартин по строительству истребителей F-35 и другие инициативы[17]. Прогнозы экспертов могут подтвердиться уже в ближайшее время, если Трамп изложит свою стратегию в течение одного-двух месяцев после вступления в должность, либо позже – весной, когда администрация подготовит бюджетный запрос на 2018 ф.г., в котором и будут указаны новые показатели военного потенциала, либо даже в следующем году, в запросе на 2019 ф.г.[18]

Тем не менее, выступая в Филадельфии, Трамп заявил, что средства на покрытие этих расходов он намерен изыскать, сократив неэффективные статьи бюджета и ликвидировав ограничения оборонного бюджета, введенные в результате секвестра в 2013 году. Также для этих целей он предложил увеличить производство энергии, сократить штат госслужащих и более жестко подходить к сбору налогов. Провести эту инициативу через Конгресс будет непросто, даже учитывая численное превосходство республиканцев в обеих палатах. Трудно будет обосновать и целесообразность таких затрат. Несмотря на жалобы Трампа о недостаточных количественных характеристиках американских вооруженных сил (например, флота), в условиях научно-технической революции главным критерием эффективности является качество выполнения боевой задачи подразделением или воинским формированием.

Противоречие между позициями нынешней и предыдущей администрации в вопросах национальной безопасности проявилось и в отношении к России. «Реваншистское поведение России» названо в стратегии Европейского командования одним из основных факторов, представляющих угрозу региональной и глобальной безопасности, а также внутренней безопасности США. Проблемы безопасности на северном и восточном направлении зоны ответственности Еврокома связываются в первую очередь с агрессивной политикой РФ в восточной Европе и её милитаризацией в Арктическом регионе. Россия, по мнению авторов стратегии, ведет гибридную войну, используя в своих целях как обычные вооружения, так и асимметричные и иррегулярные инструменты ведения боевых действий. В разделе стратегии, касающемся ее применения, говорится о намерениях США проводить политику сдерживания в отношении России с целью возвратить её в ряды сотрудничающих между собой государств.

Первым приоритетом Европейского командования на ближайшие пять лет является сдерживание российской агрессии посредством операции «Атлантическая решимость», начало которой было объявлено еще весной 2014 года – сразу после начала боевых действий на Юго-востоке Украины. В 2015 г. в рамках операции были проведены военные учения на территории Прибалтики, Польши, Болгарии и Румынии.

В стратегии отмечается, что Россия не только представляет опасность для европейского региона, но и является глобальным вызовом международной безопасности, поэтому для ее сдерживания необходимо объединить усилия всех ведомств, подчиняющихся министерству обороны, включающих помимо Еврокома и другие командования, а также Объединенного комитета начальников штабов и секретариата министра обороны[19]. В данном случае, положения стратегии полностью соотносятся с соответствующими пунктами обновленных в 2015 году Стратегии национальной безопасности и Национальной военной стратегии США, где также звучит довольно жесткая риторика в отношении России, обвиняемой в подрыве региональной безопасности и нарушении международно-правовых норм. Говоря о стратегии Европейского командования США в отношении РФ необходимо упомянуть о выступлении генерала Бридлава в Комитете Палаты представителей по вооруженным силам, сделанном еще в феврале 2015 года, фактически за год до обновления обсуждаемого документа. В тезисах его выступления отмечается, что Россия рассматривает обеспечение собственной безопасности с точки зрения игры с нулевой суммой: с начала 2014 года она перестала участвовать в системе коллективной безопасности, развязав гибридную войну на территории Украины и используя энергетический фактор как средство достижения собственных целей, что не могло не привести к обеспокоенности российской политикой стран Центральной и Восточной Европы. Отмечалось, что Украина входит в сферу российского влияния, несмотря на отношение к этому украинского народа. Негативными примерами российской региональной политики помимо агрессивных действий в отношении Грузии и Украины генерал Бридлав называет выход России из ДОВСЕ, учения «Запад-2013», проводившиеся совместно с Белоруссией вблизи границ со странами Балтии и Польши, размещение в Белоруссии боевых самолетов, перехваты американских летательных аппаратов, а также угрозы размещения ракетных комплексов Искандер-М в Калининграде[20]. Однако в стратегии отмечается, что Соединенные Штаты по-прежнему надеются на сотрудничество с Россией по вопросам, представляющим взаимный интерес, однако реваншистская политика, проводимая РФ, сдерживает усилия по его налаживанию.

При этом говоря о России, Трамп высказал готовность сесть за стол переговоров и заключить выгодную сделку как для Соединенных Штатов, так и для России.

Большое значение администрация Обамы придавала безопасности в Европе и необходимости развития НАТО. В стратегии Еврокома отмечается, что изменения, происходящие в сфере европейской безопасности, носят негативный характер и являются самыми значительными с момента окончания Холодной войны. Заявляется, что успешность борьбы с существующими вызовами напрямую зависит от оперативности действий, боеготовности военных сил, тесного сотрудничества с европейскими партнерами и союзниками, полного задействования ресурсов НАТО и различных правительственных рычагов. Отдельно говорится о проблемах, связанных с уменьшившимися в результате экономического кризиса оборонными бюджетами и отразившихся на боеготовности вооруженных сил стран Европы, а также на способности стран-членов НАТО выполнять обязательства в рамках договора, в том числе по статье 3 (поддержание собственного потенциала самообороны) и статье 5 (коллективная безопасность).

В целях усиления НАТО Соединенные Штаты продолжат оказывать восточноевропейским членам организации помощь в деле наращивания их военных потенциалов, возможностей взаимодействия и повышения боеготовности. США поддерживают стремление восточноевропейских, западных балканских и кавказских стран к более тесному сотрудничеству с НАТО.

Следующим приоритетом является повышение эффективности Североатлантического альянса. В рамках данного направления планируется переориентироваться с операций, проводимых вне европейского региона, на обеспечение безопасности внутри самого континента, особенно в деле повышения военных потенциалов недавно вступивших в организацию членов. В данном контексте упоминаются такие инициативы как План действий по обеспечению боеготовности, направленный на повышение коллективной безопасности стран-членов НАТО, а также Европейский фазовый адаптивный подход (EPAA) к созданию европейской ПРО, применение которого США продолжат для обеспечения региональной безопасности.

Третий приоритет стратегии Еврокома заключается в сохранении стратегического партнерства США со странами региона. Для достижения данной цели Европейское командование будет проводить различные мероприятия, в том числе многосторонние форумы с союзниками и партнерами (к примеру, конференции региональных руководителей оборонных ведомств), подготовку двусторонних планов действий, направленных на укрепление сотрудничества, и выработку общего видения по бо́льшему количеству вопросов.

В заключении стратегии вновь подчеркивается, что при должном финансировании Европейское командование обеспечит боеготовность сил, способных реагировать на кризисные ситуации и непредвиденные события, предоставит стратегический доступ США для проведения операций по всему миру, будет способствовать росту мощи Североатлантического альянса, что в свою очередь выступит гарантией мирного, свободного и процветающего развития европейского региона и обеспечения жизненно важных интересов Соединенных Штатов.

Еще одним примером противодействия нынешнего президента международным институтам является его предвыборная риторика в отношении НАТО. Североатлантический альянс, по мнению Трампа, является «устаревшей» организацией, цели которой соответствуют еще временам Холодной войны.

Другим предметом недовольства Трампа стали финансовые обязательства стран-членов НАТО и их оборонные расходы, доля которых существенно ниже аналогичных расходов США (см. таблица 1)[21].

Таблица 1.
Доля оборонных расходов некоторых стран-членов НАТО в % от ВВП

1995 г.

2005 г.

2010 г.

2015 г.

2016 г. (прогноз)

США

3,8

4,0

4,8

3,6

3,6

Великобритания

3,0

0,5

2,5

2,1

2,2

Германия

1,7

1,4

1,3

1,2

1,2

Франция

3,1

2,5

2,0

1,8

1,8

Италия

1,8

1,9

1,3

1,0

1,1

Турция

3,9

2,9

1,9

1,7

1,6

В своем выступлении, посвященном внешнеполитическим аспектам, Трамп также отметил неравноценное участие союзников США в системе коллективной безопасности и еще раз озвучил тезис о том, что безопасность, которой Америка обеспечивает своих союзников, дается им слишком легко, и что немногие из них тратят на оборону достаточно средств. В отношении стран НАТО, а также Японии, Южной Кореи и Саудовской Аравии он пообещал добиться увеличения ассигнований.

Остаются неясными планы нынешнего президента в отношении противоракетной обороны. В ходе президентской кампании Трамп практически не касался данной тематики. В своей речи в Центре национальных интересов он осудил отказ администрации Обамы от размещения ПРО в Польше и Чехии. В интервью New York Times он заявил, что в случае агрессии со стороны России США не будут автоматически оказывать поддержку уязвимым членам НАТО[22].

Второй срок пребывания Барака Обамы у власти ознаменовался обострением обстановки в области безопасности на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Эти вызовы были включены в южный блок проблем в стратегии Еврокома. В нём упоминается деятельность ИГИЛ[23], угрожающая национальным интересам США и мировой безопасности в целом, экономические и гуманитарные проблемы, связанные с потоками мигрантов в Европу из стран вышеупомянутого региона, а также открывающие возможности для экстремистских и транснациональных преступных организаций. Говорится об укреплении безопасности в Восточной Европе и всеобъемлющем участии Европейского командования в районах Средиземноморья и Леванта. Огромное внимание уделяется ключевой задаче Еврокома, связанной с оказанием поддержки Израилю в сфере обороны и обеспечению его военного превосходства над региональными противниками.

Д. Трамп видит главную задачу обеспечения национальной безопасности в борьбе с радикальным исламом. В своей филадельфийской речи он заверил избирателей в том, что примет все необходимые меры для уничтожения ИГИЛ. Основой политики США на Ближнем Востоке (по-видимому, и политики безопасности как таковой) будет реализм. Трамп пообещал противостоять террористами не только военными средствами, но и в киберпространстве, и на идеологическом поле. Еще в ходе предвыборной кампании Трамп озвучивал намерение организовать (уже после вступления в должность президента) саммит, в рамках которого будет выработана новая стратегия, включающая в себя такие вопросы как борьба с ИГИЛ и миграция. Нынешний президент не раз называл Иран крупнейшим спонсором терроризма и критиковал действия США, последовавшие за подписанием соглашения по иранской ядерной программе.

Значительное внимание в риторике как ушедшей, так и новой администрации уделяется нетрадиционным и косвенным аспектам обеспечения национальной безопасности. Так, в стратегии Европейского командования в качестве одного из приоритетов указано противодействие транснациональным и асимметричным угрозам, включающим деятельность экстремистских организаций, кибератаки, незаконную торговлю, распространение оружия массового уничтожения, а также инфекционные заболевания. Данное направление деятельности предусматривало взаимодействие с такими организациями, как Интерпол, НАТО и ЕС. Используя различные правительственные механизмы, предполагается осуществлять наблюдение за бойцами террористических группировок и препятствовать их перемещению в Европу из зон конфликтов и обратно. Отдельным направлением является обеспечение информационной безопасности, достигаемое за счет оборонной инфраструктуры, поддержание готовности кибервойск и большей осведомленности.

В своей речи, посвящённой внешнеполитическим приоритетам, Дональд Трамп назвал одной из наиболее существенных уязвимостей США перенапряжение ресурсов, связанное с ослабленностью американской экономики, следствием которого стали огромные задолженности, торговый дефицит, низкие показатели экономического роста. В качестве одного из своих приоритетов на посту президента Трамп указал восстановление военного и экономического потенциала США, заключающееся в возвращении и создании рабочих мест в Соединенные Штаты, а также развитии тех областей, где США обладают преимуществом, включая 3D-печать, разведку техническими средствами, а также кибероружие.

Сложно однозначно сказать, какой линии будет придерживаться Трамп в сфере обеспечения национальной безопасности и стратегического планирования. По мнению бывшего советника по национальной безопасности США Генри Киссинджера, у Трампа есть возможность преодолеть разрыв, возникший между восприятием внешней политики США обществом и элитой[24]. В своем интервью телеканалу CBS он заявил: «Дональд Трамп является феноменом, незнакомым для иностранных государств. Для них его избрание является потрясающим опытом и одновременно исключительной возможностью. И я считаю, что он может войти в историю как очень достойный президент, так как каждое государство сейчас должно рассмотреть два момента: во-первых, их видение того, что предыдущий или уходящий президент, по сути, отдалил Америку от международной политики, таким образом, что им пришлось самим оценивать свои потребности, а, во-вторых, что новый президент задает много незнакомых вопросов»[25].

Первые выводы можно будет делать не ранее, чем по прошествии первых 100 дней пребывания у власти новой администрации президента. Однако уже сейчас можно сказать, что намерения Трампа идут в разрез с политикой, проводимой Б. Обамой (таблица 3).

Таблица 3.
Сравнительный прогноз политики Барака Обамы и Дональда Трампа в области национальной безопасности

Обама

Трамп (прогноз)

Лидерство из-за спины

Мир путем силы

Обеспечение национальной безопасности за счет поддержания международной через институты коллективной безопасности

Национальные интересы превыше всего, консенсус достигается путем переговоров

Разворот в АТР

Выход из ТТП

Члены НАТО – ближайшие союзники

Пересмотр целей и стратегии НАТО

Открытая экономика

Введение тарифов, пересмотр многосторонних соглашений (НАФТА)

Изменение климата – жизненно важный интерес

Изменение климата нерелевантно

Россия – агрессор, стратегия – наложение санкций

Готовность заключить выгодную как для США, так и для России сделку

Сокращение/сбалансированность военных расходов

Наращивание военного потенциала


Список литературы

[1] Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта «Российско-американское сотрудничество и противоборство. Значение для национальной безопасности России», проект № 15-37-11138.

[2] Fontaine R., Brimley S. Don’t Expect Too Much From Obama’s National Security Strategy Available at: http://foreignpolicy.com/2015/02/05/dont-expect-too-much-from-obamas-national-security-strategy/ (accessed 10.02.2016)

[3] Последняя редакция Национальной оборонной стратегии вышла летом 2008 года, еще до прихода к власти Обамы. За 2 срока его администрации оборонные аспекты национальной безопасности были освящены в Стратегическом руководстве по обороне «Поддержание американского лидерства: приоритеты обороны в 21 веке» 2012 года. Available at: http://archive.defense.gov/news/Defense_Strategic_Guidance.pdf (прим. автора)

[4] Krepinevich A. Preserving the balance. A U.S. Eurasia defense strategy. Available at: http://csbaonline.org/research/publications/preserving-the-balance-a-u.s.-eurasia-defense-strategy/publication (accessed 21.01.2017)

[5] Davidson J. Obama's Last National Security Strategy. Available at: https://www.foreignaffairs.com/articles/united-states/2015-03-02/obamas-last-national-security-strategy (accessed 10.02.2016)

[6] USEUCOM Theater Strategy, Oct. 2015, p.4 Available at: http://www.eucom.mil/media-library/document/35147/useucom-theater-strategy (accessed 2.06.2016).

[7] Твит Дональда Трампа от 5 октября 2016 г. Available at: https://twitter.com/realdonaldtrump (accessed 21.01.2017)

[8] Holland S., Rascoe A. Trump pulls U.S. out of Pacific trade deal, loosening Asia ties. Available at: http://www.reuters.com/article/us-usa-trump-business-idUSKBN1571FD (accessed 25.01.2017)

[9] Transcript: Donald Trump’s Foreign Policy Speech, 27.04.2016. Available at: https://www.nytimes.com/2016/04/28/us/politics/transcript-trump-foreign-policy.html (accessed 22.11.2016)

[10] Operation and Maintenance Overview Fiscal Year 2016 Budget Estimates Available at: http://comptroller.defense.gov/Portals/45/Documents/defbudget/fy2016/fy2016_OM_Overview.pdf (accessed 20.10.2016).

[11] Cancian M., Hunter A. National Security Reform: What Happened in Congress? Available at: https://defense360.csis.org/wp-content/uploads/National-Security-Reform-NDAA-2017.pdf (accessed 15.01.2017)

[12] План действий на первые 100 дней своего пребывания на посту президента был размещен на официальном сайте Д. Трампа в октябре 2016 года в виде контракта с американским избирателем. Любой гражданин США мог оставить свои контактные данные и получить заполненный и подписанный Трампом контракт на свой адрес электронной почты. Available at: https://www.donaldjtrump.com/contract/ (accessed 23.11.2016)

[13] Bowman T. Donald Trump Unveils Detailed National Security Proposals In Philadelphia. Available at: http://www.npr.org/2016/09/07/493009996/donald-trump-unveils-detailed-national-security-proposals-in-philadelphia (accessed 20.10.2016)

[14] Cancian M. Trump’s Defense Budget: Place Your Bet! Available at: https://www.csis.org/analysis/trump%E0%2D%3Fs-defense-budget-place-your-bet (accessed 24.01.2017)

[15] Military expenditure (% of GDP). Available at: http://data.worldbank.org/indicator/MS.MIL.XPND.GD.ZS?view=map (accessed 24.01.2017)

[16] World military expenditures 1970. Available at: https://www.state.gov/documents/organization/185677.pdf (accessed 24.01.2017)

[17] Hartung W. Trump Should Cut Pentagon Waste and Craft a New Strategy. Available at: http://nationalinterest.org/blog/the-buzz/trump-should-cut-pentagon-waste-craft-new-strategy-18814?page=2 (accessed 10.01.2017)

[18] Cancian M. Trump’s Defense Budget: Place Your Bet!

[19] USEUCOM Theater Strategy, Oct. 2015, p.5

[20] House Armed Services Committee, Statement of General Philip Breedlove, Commander U.S. Forces Europe, February 25, 2015, p. 5. Available at: http://www.eucom.mil/mission/background/posture-statement (accessed 2.06.2016).

[21] Information on defence expenditures. Available at: http://www.nato.int/cps/en/natohq/topics_49198.htm (accessed 10.01.2017)

[22] http://nationalinterest.org/blog/the-buzz/does-nato-missile-defense-have-future-18617

[23] Организация признана террористической и запрещена в России.

[24] Goldberg J. The Lessons of Henry Kissinger. Available at: http://www.theatlantic.com/magazine/archive/2016/12/the-lessons-of-henry-kissinger/505868/ (accessed 10.01.2017)

[25] Face the Nation Transcript December 18, 2016: Conway, Kissinger, Donilon. Available at: http://www.cbsnews.com/news/face-the-nation-transcript-conway-kissinger-donilon/ (accessed 10.01.2017)



Назад
Наш партнёр:
Copyright © 2006-2016 интернет-издание 'Россия-Америка в XXI веке'. Все права защищены.