Россия и Америка в XXI веке
Россия и Америка в XXI веке На главную Написать письмо О журнале Свежий выпуск Архив Контакты Поиск
Подписаться на рассылку наших анонсов

E-mail:
№3, 2015

ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ РОССИИ И ДРУГИХ СТРАН ЕАЭС В СЕРЕДИНЕ ВТОРОГО ДЕСЯТИЛЕТИЯ XXI ВЕКА (оценка ООН)

Н. Е. Петровская,
кандидат экономических наук,
научный сотрудник Центра социально-экономических исследований
Института США и Канады РАН,
e-mail:

Аннотация. В статье рассмотрены вопросы развития человеческого потенциала в странах Евразийского экономического союза (ЕАЭС), как важная составляющая их развития. Несмотря на существенные различия в достижениях между странами ЕАЭС по Индексу развития человеческого потенциала и по каждой его составляющей (по продолжительности жизни, ВВП на душу населения, образовательному уровню), отмечено сходство многих проблем в сфере развития человеческого потенциала, которые должны быть приняты во внимание как в каждой стране – члене ЕАЭС, так и на уровне интеграционного объединения.

Ключевые слова: Индекс развития человеческого потенциала, ожидаемая продолжительность жизни, образовательный уровень, ВВП на душу населения.

HUMAN DEVELOPMENT IN RUSSIA AND OTHER EAEU COUNTRIES AT THE MIDDLE OF THE SECOND DECADE XXI CENTURY

Natalia Petrovskaya,
Researcher, Institute for the U.S. and Canadian Studies,
Russian Academy of Sciences
e-mail:

Annotation. The article discusses Human Development in Eurasian Economic Union (EAEU) countries as an important factor of their development. Though there are large disparities in achievements among country-member’s indicators of life expectancy at birth, educational attainment, and GDP per capita, there many common problems that are to be taken into consideration both at the EAEU and the national levels of member – countries.

Keywords: Human Development Index (HDI), life expectancy at birth, educational attainment, GDP per capita.

Создание Евразийского экономического союза (ЕАЭС), объединившего Россию, Армению, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан, предусматривает «новый уровень экономической интеграции» – единого рынка товаров, услуг, капиталов, рабочей силы. По данным на 2014 г., население стран ЕАЭС составляло около 2,5% мирового; ВВП – около 3%, а территория - 13%.[1*]

Решение поставленных ЕАЭС задач во многом связано с развитием человеческих ресурсов в этих странах, их социальной защищенностью, с использованием новых возможностей в рамках Союза в сфере охраны здоровья, развития образования, регулирования вопросов миграции населения. «Одним из важных направлений современной экономической системы Казахстана и стран ЕАЭС становится развитие человеческого капитала. Создание ЕАЭС позволяет беспрепятственно получать качественные образования и профессиональных навыков, трудоустройства»[1]

Динамика развития человеческого потенциала по странам с разными экономическими потенциалами в начале текущего столетия показывает значительный рост доли стран с высоким уровнем развития человеческого потенциала (РЧП).[2 с.542-545] В эту группу, по методике оценки РЧП ООН, входят и все страны - члены ЕАЭС, кроме Киргизии (Киргизия относится к группе стран со средним РЧП). В зависимости от значения ИРЧП выделяются четыре группы стран: с очень высоким уровнем РЧП (0,808 и выше), с высоким (от 0,700 до 0, 808), со средним (0,556 - 0,699) и с низким уровнем РЧП (менее 0,556).

За последнее десятилетие все страны-члены ЕАЭС показали позитивные результаты в динамике Индекса развития человеческого потенциала (ИРЧП), рассчитываемого на основе достижений в сферах образования, продолжительности жизни, дохода: ни в одной из стран Союза ИРЧП не был в 2014 г. ниже, чем в 2005.

При средних значениях этого индикатора для стран с очень высоким уровнем РЧП - 0,890, а с высоким уровнем РЧП -0, 735; в России этот показатель составляет 0,778, в Армении – 0,730, в Беларуси – 0, 786, в Казахстане - 0,757, в Киргизии – 0,628. Динамика ИРЧП за последнее десятилетие показывает, что даже в годы глобального кризиса 2008 – 2009 гг. наблюдалось увеличение его значения во всех странах – членах ЕАЭС, за исключением Армении и Киргизии, где было отмечено снижение этого показателя в 2010 г., но с 2011 г. и в этих странах его рост восстановился.[3]

В результате отмеченной динамики в середине текущего десятилетия в рейтинге РЧП (2014 г.) страны ЕАЭС занимали следующие позиции: Россия – 57 –е место, Армения - 87 - е, Беларусь -53 -ье, Казахстан – 70-ое, Киргизия – 125 - ое.

Наиболее важными потребностями в оценке человеческого потенциала по методике расчета Индекса развития человеческого потенциала (ООН) признаны долгая и здоровая жизнь, получение новых знаний, обеспечение комфортных условий проживания и участие в жизни общества.[2*]

Несмотря на то, что ИРЧП отражает лишь общее состояние человеческого потенциала по ключевым показателям и не учитывает многообразия аспектов его развития, этот индикатор человеческого благополучия дает возможность для сопоставительного анализа стран мира. Необходимость такого анализа возрастает и в рамках интеграционных объединений, особенно с ростом их числа и углубления сотрудничества на региональном уровне в начале текущего столетия.

По показателю продолжительности обучения все страны ЕАЭС занимают высокую позицию. У всех стран – членов, кроме Киргизии, этот показатель приближается к уровню группы стран с очень высоким уровнем РЧП, а у Киргизии – выше, чем в среднем в группе стран с высоким уровнем РЧП.

При средней продолжительности обучения в мире 7,7 лет, в странах ЕАЭС этот показатель составляет от 11,7 лет в России до 9,3 лет в Киргизии. (Таблица 1)

Однако относительно более низкие, в сравнении с развитыми странами, показатели ожидаемой продолжительности жизни и ВВП на душу населения снижают значение ИРЧП этих стран.

По показателю продолжительности жизни при рождении (количество лет, которое, как ожидается, проживет новорожденный, при условии, что его и здоровье и условия жизни не изменятся в течение все жизни), отражающем состояние здоровья населения той или иной страны, качество здравоохранения, Россия, Армения, Беларусь находятся на уровне стран с высоким развитием человеческого потенциала, а Казахстан и Киргизия – ниже уровня стран со средним развитием человеческого потенциала.

Таблица 1.
Показатели развития человеческого потенциала стран - членов ЕАЭС

Показатели

ВВП на душу населения*

Ожидаемая продолжительность жизни, лет

Число лет обучения, в среднем **

Место страны в рейтинге РЧП, 2014 г.

Россия

23 184

68,0

11,7

57

Армения

7 291

74,6

10,8

87

Беларусь

16 868

69,9

11,5

53

Казахстан

21 506

66,5

10,4

70

Киргизия

2 847

67,5

9,3

125

* - по данным (рассчитанным в долл. США 2011 по ППС), 2012г.

** - данные 2012 г.

Источник: Human Development Report. UN. NY.- 2014.

При рассмотрении отдельных групп населения выясняется, например, что для лиц в возрасте 60 лет и старше ожидаемая продолжительность жизни во всех странах ЕАЭС в 2010-2015 гг., за исключением Армении (20 лет) была ниже, чем по странам со средним уровнем РЧП (18,5 лет). В Беларуси этот показатель составляет 17,1, в Казахстане 16,5 лет, Киргизии – 16,8 лет, в России – 17,5 лет.[3]

Одним из факторов такого положения дел является состояние расходов на здравоохранение относительно ВВП. При том, что в странах с очень высоким уровнем развития РЧП расходы на здравоохранение составляют в среднем 12,2% ВВП, в странах с высоким уровнем развития РЧП – 6,0%; только в России и Киргизии расходы на здравоохранение выше 6% ВВП, соответственно, 6,2% и 6,5%. В Беларуси этот показатель составляет 5,3%, в Армении – 4,3%, в Казахстане - 3,9%.[3]

Уровень ВВП на душу населения, показатели образования, продолжительности жизни являются базовыми, но для оценки состояния человеческих ресурсов необходимо использовать и другие сопоставимые индикаторы, характеризующие уровень доходов и потребления граждан, их структуру, такие, например, как средние размеры заработной платы, пенсий; величина прожиточного минимума; коэффициент Джини, другие показатели, характеризующие уровень и распределение доходов.

По данным Кыргызского телеграфного агентства, использовавшего данные межгосударственного статистического комитета СНГ, самая высокая средняя заработная плата (май 2015 г.) - в долларах США по средневзвешенному курсу Национальных банков стран на 25 мая - была в Казахстане (713 долл.), в России (629 долл.); в Беларуси этот показатель составлял 453 долл., в Армении - 363 долл., в Кыргызстане – 200 долл.[6]

Существенный разрыв наблюдается и в размерах средних пенсий – от 272 долл. в Казахстане - 272 долл. (февраль 2015 г.) до 78 долл. в Кыргызстане.[6]

Во всех странах ЕАЭС коэффициент Джини (0 означает полное равенство, 100 абсолютное неравенство), по данным ООН, имел высокие значения в течение всего периода 2003 – 2012 гг, особенно в России и Киргизии, составляя в среднем в эти годы 40,1 (Россия), 33,4 (Киргизия), 31,3 (Армения), 29,0 (Казахстан), 26,5 (Беларусь).[3]

Низкий уровень трудовых доходов населения относительно ВВП, высокая степень неравенства распределения доходов населения стран ЕАЭС представляется не только фактором социального размежевания в каждой из этих стран, но и тормозом повышения эффективности их экономического развития, а различия между странами – членами Союза по этим показателям ставят задачу гармонизации мер социальной политики.

Таким образом, в контексте современной социально - экономической ситуации и стоящих перед ЕАЭС задач экономического роста и повышения благосостояния населения актуализируется разработка мер по оптимизации социальной политики и на уровне Союза, и на уровне каждой страны – члена.

Перед вызовами XXI века все страны вынуждены больше внимания уделять человеческим ресурсам как ключевому фактору национальной конкурентоспособности и безопасности. «Резко возросшая в период глобального кризиса дефицитность государственных бюджетов ведущих стран мира потребовала переоценки программ финансирования поддержки экономического роста, программ социальной защиты населения, стимулирования создания рабочих мест.»[5]

Возрастает роль государства в создании необходимых условий для жизнедеятельности и самореализации граждан, и «…дело не только в проблемах преодоления пост кризисной финансово-экономической неопределенности, оздоровления глобальной экономики и финансов, международного экономического взаимодействия. Речь идет о переоценке роли государства в системе рыночного хозяйства, значения национальных и наднациональных регуляторов для поддержания финансово-экономической стабильности, развития человеческого потенциала в долгосрочной перспективе.»[4]

Определенный опыт накоплен и в проведении единой социальной политики в процессе интеграции. Если обратиться к истории европейской интеграции, то в Договоре об учреждении ЕЭС (1957г.) социальные вопросы занимали второстепенное место, и лишь на Парижском саммите (1972г) был поставлен вопрос о необходимости разработки единой социальной политики Сообщества, а в 1986 г. в Едином Европейском Акте была поставлена цель формирования единого социального пространства, в 1989 г. странами –членами (за исключением Великобритании) принята Социальная Хартия.

Согласно Маастрихтскому договору 1992 г. социальная политика является одним из ключевых направлений деятельности ЕС, но история свидетельствует об исключительной сложности этого процесса, особенно после расширения ЕС в начале XXI века.[8]

Как отмечал Жан Тироль, лауреат Нобелевской премии по экономике 2014 года,«Мы немного упустили историческую возможность создать бюджетную Европу… Если говорить о рынке труда, то в США у рынка труда, в целом, одинаковые законы и в Калифорнии, и в Нью-Йорке. Но в южной Европе и в северной Европе это совсем не так. Мы должны были бы создать бюджетную Европу со схожими законами для рынка труда, для банкротств и тому подобного. Мы этого не сделали, а потом было сложно. И поэтому сегодня я слабо представляю, к сожалению, – хотя я хотел бы, чтобы это произошло, – что северная Европа согласится поделиться своей системой социального обеспечения безработных, своими бюджетами и прочим с южной Европой».[7]

ЕАЭС предстоит сформировать свою социальную модель с учетом особенностей стран – членов, их экономической, социальной, демографической неоднородности; давления глобальной конкуренции в условиях нарастания геополитических рисков. «Наряду с традиционными мерами социальной поддержки населения, призванными сыграть позитивную роль в повышении уровня социальных гарантий и качества жизни населения, актуализируется необходимость модернизации инструментов государственного регулирования в социальной сфере, пересмотра и уточнения самих подходов к нейтрализации угроз социальной стабильности, к повышению защищенности человеческих ресурсов.»[4] Разработка и реализация политики развития человеческих ресурсов в странах ЕАЭС во многом осложнены также особенностями миграции населения между ними, формированием в рамках Союза полюсов оттока и притока мигрантов.

В предшествующий созданию ЕАЭС период странами – членами были приняты межгосударственные акты, направленные на создание равных условий для получения медицинской помощи; взаимное признание документов о получении образования; создание льготных условий для занятия малым и средним бизнесом; упрощение порядка принятия гражданства и пересечения границ; облегчение осуществления процедуры денежных переводов и почтовых отправлений; создание благоприятных условий для взаимного распространения программ радио и телевидения. На сегодня наиболее острыми проблемами в социально-трудовой сфере для стран ЕАЭС остаются: неравномерность распределения доходов; низкий уровень социальных гарантий, регулирование трудовой миграции, согласование социальных стандартов; гармонизация систем социального страхования, пенсионного обеспечения граждан.


Литература

[1]. Бабажанова Ж.А. Повышение человеческого капитала в условиях конкурентоспособности современной экономической системы Казахстана и стран ЕАЭС // Ассоциация «Евразийский экономический клуб ученых», 18 июня 2015. Секция «Социальное измерение евразийской интеграции».

[2]. Экономическая и социальная политика. Часть II. Учебник Под общей редакцией Н.А. Волгина, В.И. Кушлина . Москва,РАГС, 2010. Лебедева Л.Ф. Заруб опыт социальной политики.

[3]. Human Development Report. UN. NY.- 2014.

[4]. Социальные приоритеты национальных и международных стратегий экономического развития в XXI в. Лебедева Л.Ф. В сборнике: Поиск глобальных идей мирового экономического развития: смена парадигмы Международная научно-практическая конференция. Москва, 2013. С. 11-14.

[5]. Лебедева Л. Ф. Позиции России и США в полицентричном мире: социально-экономический аспект. США и Канада: экономика, политика, культура. 2012. N 11(515). С. 003- 013.

[6]. http://kyrtag.kg/society/samaya-nizkaya-zarplata-v-stranakh-eaes-v-kyrgyzstane-samaya-vysokaya-v-kazakhstane/ (дата обращения 26 августа. 2015 г.)

[7]. Жан Тироль. Интервью с лауреатом Нобелевской премии по экономике 2014 года Жаном Тиролем. 17.10.2014 года. http://ru.euronews.com/2014/10/17/nobel-winner-jean-tirole-speaks-out-in-favour-of-a-european-budget/ (Дата обращения 03 марта 2015 г.)

[8]. http://europa.eu/pol/enlarg/index_en.htm (дата обращения 18 сентября 2015)


Сноски

[1*] http://www.eurasiancommission.org/ru/Pages/default.aspx (дата обращения 10 октября 2015 г.)

[2*] Эти показатели положены в основу расчета Индекса развития человеческого потенциала, который является составным показателем, оценивающим уровень средних достижений страны по трем основным направлениям: ожидаемой при рождении продолжительностью жизни; уровнем грамотности взрослого населения (вес в две трети) и общим показателем обучающихся в начальных, средних и высших учебных заведениях (вес в одну треть); валовым внутренним продуктом (ВВП) в расчете на душу населения при паритете покупательной способности (ППС) относительно доллара США.



Назад
Наш партнёр:
Copyright © 2006-2016 интернет-издание 'Россия-Америка в XXI веке'. Все права защищены.