Россия и Америка в XXI веке
Россия и Америка в XXI веке На главную Написать письмо О журнале Свежий выпуск Архив Контакты Поиск
Подписаться на рассылку наших анонсов

E-mail:
№3, 2012

АНАЛИЗ ФАКТОРОВ РИСКОВ ИННОВАЦИОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В СФЕРЕ ИНФОРМАЦИОННО-КОММУНИКАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ1

М. А. Никитенкова, к.э.н.,
руководитель Центра исследовательских
и образовательных проектов ИСКРАН,
шеф-редактор электронного научного журнала
«Россия и Америка в XXI веке»
e-mail:

Аннотация. В статье анализируются факторы рисков инновационной деятельности в сфере информационно-коммуникационных технологий (ИКТ), влияние мирового экономического кризиса на данную сферу. Автор выделяет риски, связанные с правовым регулированием в рамках международного конкурентного права. Анализируются намечающиеся риски, обусловленные изменением бизнес-моделей в конвергированной среде ИКТ, переходом к регулированию рынка ИКТ по фактическому положению с использованием закона о конкуренции и постепенным отходом от упреждающего регулирования конкретных секторов.

Ключевые слова: информационно-коммуникационные технологии, инновационная экономика, инновации, бизнес-модели, информационная инфраструктура США.

THE INNOVATIVE PROCESSING IN INFORMATION AND COMMUNICATION TECHNOLOGIES SPHERE

Maria Alexandrovna Nikitenkova,
Ph.D. (Economics),
Head of the Center of the research and educational projects,
Institute for the U.S. and Canadian Studies, Russian Academy of Sciences,
Editor-in-Chief, scientific journal “Russia and America in the XXI century”
e-mail:

Annotation. Factors of risks of innovative activity in the of information and communication technologies sphere (ICT) in context of influence of a world economic crisis on this sphere are analyzed. The author emphasizes the risks stemmed from the legal regulation at the international level by the competitive law and cyber security. The author notes that the change of business models in the convergence environment of ICT sphere causes the change of the regulation and the appearance of the tendency for transition from the anticipatory regulation of concrete ICT sectors to ICT market regulation of the actual situation with use of the competition law.

Keywords: Information-communication technologies (ICT), innovations, R&D, innovative economy, new business models, US information infrastructure.

В условиях глобализации и значительной зависимости национальных экономик от внешнеэкономической конъюнктуры актуальным является вопрос диверсификации структуры экономического роста. В связи с этим активное развитие информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) в конце XX–начале XXI вв. позволяет рассматривать их как экспортный потенциал продуктов и услуг ИКТ, так и в качестве катализатора инновационной деятельности компаний. В свою очередь два этих фактора являются важнейшими источниками роста международной конкурентоспособности ИКТ-корпораций.

Темпы развития сектора ИКТ опережают темпы роста всех остальных отраслей экономики. По оценке экспертов, доля ИКТ в ВВП всех стран будет только нарастать. По самым скромным оценкам, объем сектора ИКТ к 2025 г. утроится. Более оптимистические оценки прогнозируют удвоение объемов каждые 5 лет, то есть в 5-7 раз к 2025 г. с последующей стабилизацией доли сектора в ВВП. Наиболее смелые оценки говорят о том, что объем материального производства после «максимального внедрения в ИКТ в жизнь общества» стабилизируется на уровне 10% ВВП, однако в отдалённом будущем этот показатель может возрасти до 90% ВВП. На промышленный сектор информационно-коммуникационных технологий, включающий в себя телекоммуникационные услуги, производство электронного оборудования, вычислительной техники и программного обеспечения, приходится примерно 5,5% мирового ВВП. Прогнозируется, что мировой экспорт ИКТ и офисного оборудования к 2020 г. может увеличиться более чем в 3 раза2.

Рис. 1.

Пятнадцать наиболее быстро развивающихся ИКТ-рынков в 2010 г.

Источник: Annual Report Forrester Research - Forrester Research Co., Cambridge, Massachusetts, 2011 http://phx.corporate-ir.net/phoenix.zhtml?c=60569&p=irol-irhome.

По оценкам экспертов, инвестиции в ИКТ приводят к росту производительности в 3–5 раз большему, чем вложения в капитал, не относящийся к ИКТ. Проведенные в США исследования показали, что на отрасль IT-ITES (автоматизации управления предприятий) в период 1995–2002 гг. приходилось две трети совокупной производительности факторов производства и почти весь рост производительности труда за этот период3. Совершенно очевидно, что ИКТ могут оказывать влияние на повседневную жизнь и на общую экономическую деятельность, однако существуют риски, что возможности развития ИКТ и инновационной деятельности в данной области не смогут быть реализованы в полной мере, если “действующая нормативно-правовая база не будет изменена с ориентировкой на поддержание и поощрение как инвестиции в ИКТ, так и широкое распространение этих технологий”4.

Изменение развития ИКТ и инновационной деятельности в кризис и связанные с этим риски

Роль ИКТ в обеспечении экономического роста особенно возросла в период усиления борьбы государства с последствиями глобального финансово-экономического кризиса. Президент США Б. Обама, в частности, в 2009 г. заявлял: «Увеличение расходов на широкополосную связь, внедрение электронных медицинских карт, инвестиции в зеленую энергетику, новые компьютеры для школ и библиотек – это эффективный путь поддержания конкурентоспособности Америки с помощью капиталовложений и создания новых рабочих мест»5. Бывший премьер-министр Великобритании Гордон Браун также защищал усилия своего правительства по развитию цифровой инфраструктуры «в сфере железнодорожного, автомобильного и мостового строительства, которое интенсивно осуществлялось в прежние годы для стимулирования экономики» 6.

Стабильные темпы роста продаж мобильного подключения к Интернету помогли сектору ИКТ продержаться на плаву во время кризиса, при этом рост доходов ведущих ИКТ-компаний в период с 2000 по 2011 гг. составил 6%. Услуги ИКТ преуспевают больше, чем серийное производство ИКТ: их рост составил не менее 10% в 2012 г.7 Занятость в данном секторе также растет: в 2011 г. в ведущих фирмах работали более 14 млн. сотрудников, что на 6% больше, чем в 2010 г. Среди ведущих предприятий ИКТ лучшие результаты в плане роста доходов и занятости принадлежали интернет-компаниям.

Имеются примеры устойчивого роста в секторе ИКТ даже в кризисный период. Так, в 2002 г. общее число абонентов подвижной связи в мире превысило число абонентов сотовой связи. В 2004-2009 гг. количество контрактов на мобильные телефоны в мире возросло примерно с 1,8 млрд. до 4,6 млрд., что привело к росту уровня проникновения сотовой связи с 28% до 67%8.

И после кризиса сектор ИКТ продолжает привлекать компании венчурного капитала, в 2011 г. на него приходилось более 50% всего венчурного капитала в США – самого большого рынка в мире. На настоящий момент венчурные инвестиции достигли самого высокого за всю историю уровня, за исключением аномального пика в 2000 г. во время знаменитого «пузыря доткомов». Все это способствует развитию инновационной деятельности в ИКТ.

Риски, связанные с изменением бизнес-моделей

В сложившихся условиях ИКТ-компании вынуждены значительно вкладываться в технические инновации, отвечая вызовам обостряющейся конкуренции, Однако появились новые риски, связанные с бизнес-моделями новых, так называемых «нетрадиционных», игроков − компаний, не являющихся членами традиционного сообщества ИКТ, внедряющих новые технологии. Являясь новаторами, эти компании не играют по уже сложившимся правилам, активно внедряют нестандартные бизнес-модели по предложению ИКТ-услуг, используя возможности конвергенции или предоставляемых услуг, которые не являются профильными услугами данной компании9.

Для традиционных игроков, которые располагают крупными унаследованными активами, такое положение оказывается разрушительным, так как им приходится конкурировать как с такими же традиционными (известными) игроками, так и с совершенно новыми, использующими нестандартные бизнес-модели. Так, например, в телефонной связи крупные операторы, занимающие существенное положение на рынке, будут придерживаться тактики задержек предложения на рынок своих инноваций в услугах, если будет риск использования их линий новыми игроками – которые безнаказанно незаконно пользуются активами крупных операторов, не платя им и таким образом снижая свои издержки. Степень, в которой они могут придерживаться такой тактики, зависит существенным образом от эффективности внедрения направленной на конкуренцию нормативно-правовой базы. Однако инновационные технологии могут принести пользу и сами крупным операторам сети, благодаря снижению затрат на использование более эффективной технологии 10.

По мере того, как рынки ИКТ становились все более конкурентными, наметилась тенденция к регулированию по фактическому положению с использованием закона о конкуренции и постепенному отходу от упреждающего регулирования конкретных секторов. Так, используя возможности конвергенции, широкополосная платформа может предоставлять услуги электросвязи, информационные услуги, услуги вещания и многие другие. Часто при регулировании используется подход, основанный на "виде деятельности и технологии", и он зачастую ограничивает взаимное проникновение на рынки. Как правило, существуют самостоятельные регулирующие органы для различных видов деятельности, которым активно помогает вспомогательный регулирующий орган, занимающийся радиочастотным спектром. Нередко цели правительства меняются в соответствии с конкретным видом деятельности, и особенно это касается радиовещания и электросвязи. При регулировании радиовещания основное внимание уделяется социальному и культурному влиянию, оказываемому сектором, тогда как при регулировании электросвязи основная задача состоит в обеспечении перехода от монополии к конкуренции. Конвергенция ставит такое положение вещей под сомнение, поскольку контентом в этих видах деятельности являются неразличимые цифровые сообщения. Хотя цели правительства в отношении "видов деятельности" возможно и не изменились, в новом рыночном пространстве реализовать их будет труднее. Регулирование как радиовещания, так и электросвязи осуществляется в целях обеспечения той или иной формы универсального доступа и универсального обслуживания.

Другой аспект необходимости регулировать рынок – это предоставление как линейных, так и нелинейных услуг. Телевизионные передачи рассматриваются в качестве линейных услуг, при которых контент "проталкивается". Услуги, предоставляемые по запросу, рассматриваются в качестве нелинейных, при которых контент "вытягивается". Европейский Союз (ЕС) относит к нелинейным услугам любую аудиовизуальную медиа-услугу, при которой пользователь заблаговременно принимает решение о времени передачи той или иной конкретной программы. В большинстве случаев нелинейные услуги регулируются правилами для электронной коммерции, а не законами о радиовещании. Поэтому эти два вида контента подлежат различным формам регулирования в отношении обязательств, режима транслирования рекламы, а также того, что получило название регулирования "позитивного" контента, например требований поддержки производства независимого контента.

Ключевые риски в конвергированной среде, способной предоставлять как линейные, так и нелинейные услуги, состоят в том, каким образом и какое учреждение должно регулировать эти платформы и контент, который они передают. Существуют ли случаи, когда следует продолжать регулирование согласно соответствующей технологии той или иной платформы, если все платформы предоставляют одни и те же услуги, приложения и контент? Должны ли платформы, которые практически полностью заменяют друг друга, регулироваться одинаково? Например, регулирование издательской деятельности обладает некоторыми характеристиками радиовещания, в частности, в том, что касается их ценностей, политики в отношении несовершеннолетних, оскорблений и клеветы. Интернет в значительной степени не регулируется, однако осуществляется некоторый контроль за контентом. Пока еще накоплено мало опыта регулирования "веб-трансляции", хотя аудиовизуальный поток контента в прямом эфире может оказаться очень близким аналогом-заменителем телевизионного вещания. Эти платформы все чаще предоставляют частично или полностью совпадающие услуги, приложения и контент.

Эти вопросы особенно важны, поскольку инвестирование в платформы принесет положительный доход только в том случае, если потребители будут готовы платить за предоставляемые им услуги, приложения и контент, то есть контент обуславливает приток инвестиций в платформы. Перекосы на рынке, оказывающие влияние на принятие решений в отношении инвестиций и потребления, могут возникнуть в результате установления неравного режима регулирования для различных платформ, предоставляющих частично совпадающий контент, или неравного режима регулирования различного контента в условиях, когда все платформы предоставляют одни и те же услуги, приложения и контент.

Совершенно очевидно, что выгоднее всего было бы создать единое игровое поле, то есть интегрировать существующие нормативно-правовые базы в единую нормативно-правовую базу, одинаковую для всего рыночного пространства электронной связи. Одной из стержневых областей регулирования ИКТ являются "доступ" и присоединение, которые касаются главным образом доступа к потребителям. В конвергированной среде возникают новые вопросы, касающиеся доступа, поскольку появляются новые "шлюзы" как технического, так и экономического характера. Таким условным доступом может быть, например, телеприставка или система управления цифровыми правами (DRM). Поставщики услуг нуждаются в доступе к контенту, а поставщикам контента нужен доступ к потребителям, причем и те, и другие могут создать некую форму экономического шлюза. В новой цепочке создания стоимости контроль за шлюзом может обеспечить его владельцу значительный доход. Правовые нормы нужно применить для регулирования конкурентной политики относительно компаний, занимающих доминирующие положение в конвергированной среде.

Другой аспект рисков, связанных с изменением бизнес–моделей, обусловлен тем, что в новом рыночном пространстве основной бизнес традиционного участника может оказаться второстепенным по отношению к бизнесу нового участника рынка и, кроме того, традиционный участник может не выдержать конкуренции со стороны нового участника. Такой переход имеет радикальные последствия для действующих бизнес-моделей, платформ, контента и устройств, наряду с регуляторной средой, благоприятной для привлечения инвестиций и их освоения. Отмечается огромный рост "передачи на внешний подряд" и/или "оффшоринга бизнес-процессов" (BPO), обеспечивший вакантный рынок, объем которого оценивается в 300 млрд. долл. США11.

На рынке оффшоринга бизнес-процессов огромных успехов достигла Индия. Рост экспорта за счет оффшоринга бизнес-процессов составил в 2005 г. 44,5%, а занятость в этом секторе возросла с 42 тыс. рабочих мест в 2002 г. до 470 тыс. человек в 2006 г. В штате Андхра-Прадеш экспорт ИКТ увеличился с 37 млн. долл. США в 2001 г. до 714 млн. долл. США в 2005 г. Особых успехов в привлечении инвестиций и создании рабочих мест в рамках деятельности, связанной с оффшорингом бизнес-процессов, добились и такие страны, как Филиппины, Бразилия, Румыния и Ирландия. Однако эти достижения стали возможны благодаря национальным инициативам правительств, содействующих таким видам деятельности и поддерживающих их путем внедрения необходимой нормативно-правовой базы. В случае Индии основы для этих новых видов деятельности были заложены государственной политикой и реформами, включая реформы в области электросвязи 1999 г.

Риски, связанные с обеспечение безопасности использования ИКТ

Максимальное увеличение возможностей установления соединений и открытости сетей требует от регуляторных органов разработки новых законов в нескольких областях, включая конфиденциальность и защиту данных; защиту детей в онлайновой среде; а также предотвращение киберпреступности, такой как кража персональных данных12 .

Регулирующие органы также должны следить за тем, чтобы методы обеспечения выполнения законов развивались наряду с развитием технологий, чтобы продолжать защищать общество от тех, кто мог бы воспользоваться такой уязвимостью. Для этого требуются надлежащие положения для служб неотложной помощи и для законного перехвата сообщений (например, "прослушивание телефонных разговоров").

Риски, связанные с обеспечением защиты прав и правовым регулированием на международном уровне

Глобализация влечет за собой целый комплекс регуляторных вопросов международного и трансграничного характера, а также необходимость создания многосторонних институтов, регулирующих эту сферу. Так например, услуги, основанные на ИКТ, международные финансовые услуги и электронная коммерция предполагают передачу данных через границы, и эти виды деятельности приносят риски, связанные среди прочего с сохранения конфиденциальности. Большой объем передачи данных уже сам по себе является сложной задачей, однако возникают особые дополнительных риски, связанные с сохранением конфиденциальности и безопасностью персональных данных, а именно:

  • риски, обусловленные вторичным использованием персональных данных; и
  • риски, обусловленные нарушениями информационной безопасности.

Потребителям такого рода услуг всегда было трудно контролировать то, как компании или банки используют их персональные данные вторичным образом, и проблема еще больше осложнилась из-за рисков несоблюдения защищенности персональных данных при их обработке или хранении, что позволяет их вторично использовать. Второй вид рисков связан с растущим числом грубых нарушений информационной безопасности, о которых сообщалось открыто: "В онлайновой среде используются самые разнообразные виды мошенничества, начиная от предложений участия в мошеннической лотерее, различных уловок, связанных с путешествиями и предоставлением кредита, хищений модемов и веб-страниц, кражи персональных данных (кражи идентификатора) и заканчивая многими другими. Интернет предоставил преступникам возможность доступа к всемирной базе потребительских объектов, а также более широкие возможности для того, чтобы ускользнуть от правоохранительных органов, поскольку у них нет необходимости находится в той же стране или даже в том же полушарии, что и их жертвы"13 .

Обеспечение электронной безопасности является серьезной задачей. Однако понятие "безопасность" применяется как к отдельным лицам, так и к государству, и поэтому требует баланса между этими двумя видами интересов. Отсутствие доверия к Интернету, а следовательно, и необходимости решать указанные вопросы, часто называют в качестве одного из основных препятствий для использования Интернета и электронной торговли. Управление использованием Интернета является одной из основных самостоятельных тем научных и прикладных исследований. Национальные правительства нередко находятся в лучшем положении с точки зрения внедрения новых стратегий безопасности для привлечения всех заинтересованных сторон и обеспечения комплексной защиты и кибербезопасности. Такие стратегии должны затрагивать многие различные области, включая определение значения ИКТ для страны; определение и анализ рисков от киберпреступности и кибератак; установление задач, таких как предотвращение и обнаружение киберпреступлений и уголовное преследование за такие преступления; а также составление плана решения этих задач, в котором подробно излагаются роли заинтересованных сторон и сферы ответственности по защите данных и за кибербезопасность14 .

Риски России на международном рынке ИКТ

В последние годы в России много говорится о модернизации и инновационной экономике, и более точно о рисках можно судить, обратившись к данным рейтингов и оценкам, находящимся в основе этих рейтингов. В мировой практике в настоящее время существуют различные системы индексов, оценивающие страны по уровню развития ИКТ и технологий электронного правительства, являющемуся интегральным результатом эффектов реализованных в этих странах проектов в этой области.

В 2002-2003 гг. Международным союзом электросвязи (МСЭ) был разработан Индекс возможностей развития ИКТ (ICT Opportunity Index). Индекс является композитным. В структуре индекса не используются показатели, допускающие качественную оценку. Индекс возможностей развития ИКТ состоит из подиндексов, которые делятся на две группы. Первая группа, именуемая «Информационная плотность» (InfoDensity), состоит из подиндекса развития сетей (Networks Index) и квалификации (Skills Index). Вторая группа – «Использование ИКТ» − также состоит из двух подиндексов: индекса восприимчивости ИКТ (Uptake Index) и интенсивности использования (Intensity Index).

Россия в Индексе 2007 г. (по данным 2005 г.) получила 63-е место со значением 137,27 (по данным 2001 г. Россия имела значение около 80, в 2002 г. – 90, в 2003 г. – 105, 2004 г. – 122). Но, несмотря на постоянный рост значений Индекса, Россия все эти годы в общем рейтинге находится в группе стран со средними возможностями электронного развития.

В 2005-2006 г. Международный союз электросвязи разработал Индекс возможностей цифрового развития (Digital Opportunity Index). Индекс состоит из трех подиндексов: возможностей (opportunity), инфраструктуры (infrastructure) и использования (utilization).

Индекс 2007 г., построенный на данных 2005–2006 гг., показывает, что России находится на 51-м месте. Всего в рейтинге участвовала 181 страна. Если обратиться к значениям подиндексов (категорий), то лучшие значения Россия имеет по категории «Возможность»» (0,97 при среднемировом значении 0,79). Две другие категории имеют существенно меньшие значения: по подиндексу «Инфраструктура» Россия получила 0,37 (при среднемировом значении 0,26), а «Использование» оценено в 0,23 (при среднемировом 0,15).

Индекс готовности к сетевому обществу (Networked Readiness Index) разрабатывается в рамках проекта «Глобальная сеть конкурентоспособности» с 2001 г. Индекс включает 3 компонента: «Среда» (рынок, политико-правовая среда, инфраструктура), «Готовность» (индивидуальная готовность, готовность бизнеса, готовность государства), «Использование» (индивидуальное пользование, использование бизнесом, использование государством).

Таблица 1.
Динамика готовности к сетевому обществу России 2002-2010 гг.

Год

Место России в Индексе готовности к сетевому обществу

2002

69

2003

63

2004

62

2005

72

2006

70

2007

72

2008

74

2009

80

2010

77

Источник: составлено по: The Global Information Technology Report 2006-2011. World Economic Forum, Geneva 2011, p. XV, pp. 61-69.

Россия за последний год улучшила свои показатели готовности к информационному обществу за счет повышения эффективности использования высококвалифицированной рабочей силы и активного проникновения ИКТ (77 место в рейтинге). Этот показатель мы рассмотрим более подробно.

По общему совокупному показателю индекса готовности к сетевому обществу Россия занимает 77-е место в мире, расположившись после Гамбии и Кувейта (соответственно, 76-е и 75-е места) и перед Мексикой и Доминиканской Республикой (78-е и 79-е места). Это даже ниже, чем позиция России по общему индексу конкурентоспособности (66-е место в 2011 г.)

Таблица 2.
Показатели готовности к информационному обществу

Страна

Общий индекс

Рыночная среда

Регуля- тивная Среда

Инфра- структура

Готов- ность

Насе- ления

Готов- ность

бизнеса

Готов- ность госу- дарства

Использ. ИКТ

населе- нием

Использ.

ИКТ бизнесом

Использ. ИКТ госу- дарством

Швеция

1

7

6

3

23

2

8

1

6

17

Сингапур

2

5

1

12

1

5

1

7

10

3

Финляндия

3

6

4

9

3

3

10

2

8

24

Швейцария

4

2

6

3

12

1

23

9

5

41

США

5

13

20

5

11

6

17

19

3

4

Тайвань

6

15

28

13

13

12

5

15

1

2

Дания

7

11

11

10

9

9

16

5

14

9

Канада

8

4

13

4

6

20

27

23

22

5

Норвегия

9

8

8

8

20

13

26

10

16

14

Южная Корея

10

53

41

15

19

16

22

4

2

1

….

Малайзия

28

33

27

51

14

19

11

45

15

11

….

Китай

36

71

50

58

8

30

15

63

19

34

Индия

48

41

52

81

21

33

47

98

45

47

Вьетнам

55

84

60

92

33

51

20

74

55

68

Бразилия

56

93

64

63

110

41

56

64

37

48

Россия

77

118

111

42

59

90

89

55

72

96

Источник: The Global Information Technology Report 2010-2011. World Economic Forum, - Geneva, 2011,

The Networked Readiness Index Rankings - p. xv

По сравнению с предыдущим годом Россия сумела подняться на три позиции, главным образом за счет фактора инфраструктуры (42-е место в рейтинге), основанного на все еще удовлетворительном уровне образования и научных исследований, а также за счет относительно высокого уровня индивидуального использования информационных технологий (59-е место) и готовности к их использованию (55-е место).

Однако в стране существует ряд острых проблем, вызывающие риски и не позволяющих России стать выше в международном рейтинге информационных технологий. И дело даже не в характере рыночной среды (118-е место), хотя по этому показателю мы не так уж сильно отстаем от Бразилии (93-е), Вьетнама (84-е) и даже Китая (71-е место), а по уровню развития инфраструктуры даже заметно опережаем эти страны. Особые риски связаны с низкой готовностью государства (89-е место) и бизнеса (90-е место), и именно поэтому Россия занимает более низкие позиции не только среди развитых, но и среди многих развивающихся стран. Отсутствие четких приоритетов у российского государства в отношении перспектив развития информационных технологий проявляется и в том, что по уровню использования ИКТ в государственных органах Россия находится на 96-м месте.

На этом фоне феноменальные успехи в развитии ИКТ демонстрирует Китай. Он опережает другие страны БРИК – Индию, Бразилию. С 2006 г. Китай поднялся в рейтинге информационных технологий на 23 позиции, оказавшись среди 10 самых динамичных стран мира по развитию ИКТ. Особенно впечатляет готовность государства развивать информационные технологии. По этому показателю (15-е место) Китай находится на уровне Дании, опережая Швейцарию, Канаду, Норвегию и даже США. Уровень использования ИКТ бизнесом – почти как в Норвегии, и выше, чем в Канаде. Даже в Индии готовность бизнеса и уровень использования информационных технологий приближаются к развитым странам.

В рейтингах других индексов, оценивающих позицию Россия в сфере ИКТ, мы также является далеко не лидером.

Международным телекоммуникационным союзом в 2007 г. был составлен Индекс развития ИКТ (ICT Development Index). Он интегрирует три ранее существовавших индекса, предложенные ITU для оценки развития и использования ИКТ в разных странах: Digital Access Index (DAI), Digital Opportunity Index (DOI), ICT Opportunity Index (ICT-OI). Основная цель индекса − отслеживать прогресс в развитии ИКТ в разных странах, а также показывать глобальное цифровое неравенство, т.е. различия между странами, имеющими разные уровни развития ИКТ. Основу индекса IDI составляет модель процесса развития страны на пути к информационному обществу, включающая три уровня. «Готовность ИКТ» (ICT readiness) – отражает уровень существующей инфраструктуры ИКТ и ее доступность; «Интенсивность ИКТ» (ICT intensity) – уровень использования ИКТ в обществе; «Влияние ИКТ» (ICT impact) – отражает результат эффективного использования ИКТ.

Таблица 3.
Динамика индекса развития ИКТ (ICT Development Index)

Год

2002

2007

2008

Место России в Индексе развития ИКТ


52

48

46

Источник: ICT Development Index (IDI) 2002-2008 United Nations International Telecommunication Union.

В отношении измерения развития электронного правительства среди международных рейтингов наиболее популярен Индекс ООН готовности стран к электронному правительству (eGovernment Readiness Index).

Таблица 4.
Ежегодный индекс готовности е-правительств мира

Место

Страна

Показатель индекс зрелости е-правительств мира

1

Южная Корея

0,8785

2

США

0,8510

3

Канада

0,8448

4

Великобритания

0,8147

5

Нидерланды

0,8097

6

Норвегия

0,8020



59

Россия

0,5136

Источник: United Nations e-Government Survey 2011. pp. 221-223

Значение Индекса развития электронного правительства в динамике показывает, что больших улучшений в данном направлении к настоящему моменту не наблюдается.

Таблица 5.
Динамика Индекса готовности к электронному правительству

Год

2003

2004

2005

2008

2010

Место России в Индексе готовности к электронному правительству

58

52

50

60

59

Источник: eGovernment development index − United Nations International Telecommunication Union, 2003-2010. pp. 210-214

Оценка уровня готовности стран мира к использованию электронного правительства осуществляется в рамках деятельности Департамента экономического и социального развития ООН, ежегодно публикующего отчеты, представляющие потенциал и возможности развития этих социальных технологий в 191 стране мира. Индекс оценивает страны по готовности электронного правительства (eGovernment Radiness) и электронному участию (eParticipation).

Использование ИКТ в услугах электронного правительства также преобразует взаимодействие граждан с государственным сектором путем повышения эффективности, действенности и подотчетности органов государственного управления. Например, в Индии при сравнении предоставляемых вручную государственных услуг и услуг электронного правительства обнаружилось, что компьютеризованные услуги приводят к существенному сокращению расходов на услуги и увеличению доступа к ним15.

Обследование показало, что электронные услуги приводят к сокращению транспортных расходов, обеспечивают большую степень предсказуемости при предоставлении услуг, снижают время ожидания, уменьшают коррупцию и в целом повышают общее качество обслуживания. Однако, хотя повсеместно распространенные и открытые сети приводят к огромным выгодам для общества в целом, они также увеличивают степень нашей уязвимости.

***

Анализируя последние тенденции в ИКТ секторе и риски инновационной деятельности в данной сфере, можно убедиться, что конвергенция ставит перед регулирующими органами, ответственными за развитие конкуренции, новые проблемы. На протяжении последних пяти лет мы явились свидетелями многочисленных слияний и поглощений среди участников нового рыночного ИКТ пространства. В некоторых случаях компании-покупатели были из нетрадиционных секторов. Существуют мощные рыночные силы, стимулирующие вертикальную консолидацию. Эти силы имеют своим результатом снижение производственных и эксплуатационных издержек в результате диверсификации и увеличения масштабов операций между платформами, а также контента, ставшего доступным в результате конвергенции. В случае, если размеры предприятия являются одним из ключевых факторов устойчивости бизнеса, активно проявляют себя также силы, приводящие к горизонтальной консолидации. По мере того, как рынки ИКТ становятся все более конкурентными, наметилась тенденция к регулированию по фактическому положению с использованием закона о конкуренции и постепенному отходу от упреждающего регулирования конкретных секторов. Одной из стержневых областей регулирования ИКТ являются «доступ» и присоединение, которые касаются главным образом доступа к потребителям. В конвергированной среде возникают новые вопросы, касающиеся доступа, поскольку появляются новые «шлюзы» как технического, так и экономического характера.

Между тем влияние отрасли ИКТ на экономический рост из-за вполне понятных причин плохо статистически отслежено и в связи с этим плохо поддается прогнозированию в целом, особенно в области новых рисков. Уже сейчас возник риск нерегулируемых прецедентов. Регулирование этих мероприятий в глобальном конвергированном рыночном ИКТ пространстве требует международного сотрудничества и нового мышления. Существует множество примеров запрета перекрестного владения средствами массовой информации, ограничения пользования телевизионными каналами, принадлежащими одному владельцу, ограничений иностранного участия и жесткого регулирования предоставления пакетированных услуг на конкурентной основе. Существует вероятность, что такая практика может оказаться излишней или нереализуемой, например, в рамках уже существующей сейчас конвергированной среды Web 2.0, предлагающей услуги на базе веб «второго поколения», основанного на совместном пользовании и онлайновом сотрудничестве блогов, веб-сайтов и YouTube.

Переход от монополии к конкуренции в электросвязи в подавляющем большинстве стран идет полным ходом, а во многих странах он уже в основном завершен. Этот переход привел к позитивным преобразованиям и послужил толчком для других динамичных изменений, которые, в свою очередь, создают широкий спектр возможностей глобального характера в области электронной связи. Эти возможности также приводят к позитивным преобразованиям. Однако для того, чтобы пользоваться преимуществами конвергенции и максимально их увеличивать, необходимо создать новую парадигму в области регулирования, которая должна помочь оптимально защитить интересы игроков, уже присутствующих на ИКТ рынке, и позволить поддерживать потоки инвестиций в развитие новых ИКТ− технологий.


Библиография.

  1. Fostering the Economic and Social Benefits of ICT. The Global Information Technology Report 2009-2010. World Economic Forum 2010.

  2. Ministry of Information and Communication (MIC) of Korea, 2009.

  3. Telefonica website.

  4. German Global Compact Network, June 4, 2009, Berlin.

  5. Fostering the Economic and Social Benefits of ICT. The Global Information Technology

  6. Fostering the Economic and Social Benefits of ICT. The Global Information Technology Report 2009-2010. World Economic Forum 2010.

  7. Vandystadt, N. “E-Government: Most Basic Public Services Available Online in EU.” Europolitics, November 30, 2009.

  8. “2009 Social Recruitment Survey Results,” Jobvite survey, May 2009, USA.

  9. The Global Competitiveness Report 2011-2012. World Economic Forum, Geneva 2011.


1 Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках проекта № 11-02-00656 «Анализ рисков инновационной деятельности и их факторов».

2 McKinsey & Company. The impact of Internet technologies: Search. July 2011. Global Institute McKinsey, 2011, p.4

3 OECD, The ICT4D 2.0 Manifesto: Where Next for ICTs and International Development?, Paper No. 42, p. 14 − http://www.oecd.org/dataoecd/43/25/43602651.pdf.

4 Ibid., p. 6

5 New York Times, September 20, 2009.

6 The Observer, January 2009.

7 OECD Internet Economy Outlook 2012 – OECD, 2012, p 144. −

http://www.oecd-ilibrary.org/science-and-technology/oecd-internet-economy-outlook-2012_9789264086463.

8 ITU. The World in 2009: ICT Facts and Figures. ITU, 2009, p. 3 −

http://www.itu.int/ITU-D/ict/material/Telecom09_flyer.pdf.

9 Особым примером, когда компании-новые игроки на рынке ИКТ используют новые бизнес модели, можно выделить предоставление услуг голосовой связи теми компаниями для которых этот вид деятельности, является дополнительным видом к основному направлению бизнеса нового участника рынка. Например, предоставление услуги мгновенной передачи сообщений Yahoo! в звуковой версии не является основным видом деятельности данной компании. А передача голоса по протоколу Интернет (VoIP) разрушает традиционную бизнес модель голосовой телефонной связи, в которой сеть и услуги голосовой связи принадлежат и эксплуатируются одной и той же компанией. Другой пример - компания Google ввела услугу Google Voice, посредством своего приложения, которое дает пользователям возможность иметь один телефонный номер для всех их телефонов, дает возможность бесплатной междугородней связи по всей территории США и предоставляет услугу международной связи по более низким тарифам. При этом сама компания, выйдя на рынок телефонии, является нетрадиционном игроком на нем и не осуществляет аренду или выкуп во владение никаких линий связи.

10 OECD, Cross- Border Privacy Law Enforcement (2007) − http://www.oecd.org/document/25/0,2340,en_2649_37441_37571993_1_1_1_37441,00.html.

Оценки рисков безопасности: ITU-T Approved Security Definitions. −

http://www.itu.int/dms_pub/itu-t/oth/0A/0D/T0A0D00000A0002MSWE.doc.

11 NASSCOM-Mckinsey Report 2005, Extending India’s Leadership in the Global IT and BPO Industries, p. 17 − http://www.nasscom.org/artdisplay.asp?Art_id=4782.

12 GSR Discussion Paper 2009, Rory Macmillan, Connectivity, Openness and Vulnerability: Challenges Facing Regulators, p.13 − http://www.itu.int/ITU-D/treg/Events/Seminars/ GSR/GSR09/doc/GSR09_Challenges-regulators_Macmillan.pdf.

13 OECD, Policy Brief, Protecting Consumers from Cyberfraud. Paris, 2006, p. 3 http://www.oecd.org/dataoecd/4/9/37577658.pdf.

14 3 GSR 2009 Background Paper, Eric Lie, Rory Macmillan and Richard Keck, Draft Background Paper on Cybersecurity: The Role and Responsibilities of an Effective Regulator, p. 8, 19 −

http://www.itu.int/ITU-D/treg/Events/Seminars/GSR/GSR09/doc/GSR-background-paper-on-cybersecurity-2009.pdf.

15 World Bank, IC4D, How Do Manual and E-Government Services Compare? Experiences from India, p. 71-73 − http://siteresources.worldbank.org/ EXTIC4D/Resources/5870635-1242066347456/IC4D_2009_Chapter5.pdf.



Назад
Наш партнёр:
Copyright © 2006-2016 интернет-издание 'Россия-Америка в XXI веке'. Все права защищены.